Я долго думал, как разговаривать с этими разумными. Пришёл к выводу, что любые попытки убедить, доказать что-то логикой, аргументами, будут восприняты ими как слабость. То есть, только подольют масла в костёр нашего противостояния. Переманить их на свою сторону — это вообще не реально. Я ведь заставляю их менять образ жизни, начинать трудиться, а не почивать на лаврах и старых заслугах. Они жили спокойно и богато, а я создаю им конкурентов, сбиваю или ограничиваю цены на услуги, ну и так далее. Кто из них согласился с переменами, он уже работает в новых условиях, и его не нужно убеждать. А эти пришли требовать, чтобы всё вернули в старое русло. С ними не договориться.

Поэтому их нужно бить оглоблей и гнать пинками, по-другому они не поймут. И я решил обратиться к своим знакомым, хотя, наверное, уже начинаю надоедать. Так и спрошу.

— «Сергей Борисович! Если можете, ответьте, пожалуйста».

— «Ученик, ты меня достал уже своими церемониями! Что, не можешь нормально спросить?»

— «Честно ответить?»

— «А как иначе?»

— «Ваше магическое искусство настолько выше нашего, что мы себя перед вами ощущаем как смертный перед божеством».

— «Ну, и дурак! Я тебя ученик, ученик, а ты мне — о, всевышний! Заканчивай комплексовать, и давай разговаривать как двое разумных».

— «А вам не надоели ещё мои просьбы о помощи?»

— «Понимаешь, Майкл, конечно у нас и своих дел много, и запарка иногда бывает. Но, во-первых, ты не просишь тебя опекать, обращаешься только по важным вопросам. Во-вторых, это просто интересно, иногда переключиться на решение проблем другого мира. Ну, а в-третьих, ты у нас как сват, и мы просим тебя быть посаженным отцом на нашей свадьбе».

— «Гудвин, вы охренели, тебе больше пятисот лет, а мне?»

— «Откажешься? А мы с Машей хотели, чтобы был именно ты!»

— «Тогда мне нужен будет поводырь, я же ничего не знаю ни о ваших обычаях, ни о вашем мире».

— «Если тебе удобно, мы подскочим через пять минут!»

Так, чтобы не было очередных ревностей:

— Лилия, к нам сейчас гости заглянут, они по делу, но чай нужно будет подать. И сама иди сюда, можешь вместе с дочерью.

Пришли три дамы: тёща, жена, дочь. Служанки начали накрывать чай, и в это время открылся портал, и из него вышли Катя, Саша, Мария и Сергей Борисович. Тёща близка к обмороку, жена зыркает глазами, к кому бы меня приревновать, а дочь уверенно идёт к Сергею Борисовичу. Ей скоро исполнится семь лет. Вот встала перед ним, задрала голову так, чтобы видеть его лицо и говорит.

— Вы с папой воевали. Я хочу, чтобы вы были моим вторым дедушкой.