И у меня осталась бы водка.

Может, тот бар еще открыт?

Вот только налички у меня нет.

Как мне, блин, платить за напитки?

Принесу украшения.

Через полчаса Джен вышла из дома с тремя кольцами, двумя парами сережек и ожерельем, которые она спрятала в кармане джинсов.

На всякий случай.

Было еще темно, но света от восходящего солнца хватало, чтобы различить силуэты соседних домов. Прохладный ветер становился сильнее с каждой минутой. Джен не подумала взять перчатки, поэтому ей приходилось перекладывать зонтик из одной руки в другую и греть коченевшие пальцы в кармане куртки.

Дэн предложил ей поехать на велосипеде, чтобы сэкономить время, но Джен о времени не переживала. Да и потом, она еще успеет покататься, если они согласятся на сумасшедший план Дэна и поедут к его матери.

На Уиллис-роуд стояла мертвая тишина. Проходя мимо домов, Джен иногда замечала в окнах отблески свечей. Два… нет, три… нет, четыре семейства вытащили мусор к дороге, где обычно его забирали мусоровозы.

О чем они думали? Это оптимизм? Отрицание? Глупость? Все вышеупомянутое?

Людей Джен встретила, только пройдя почти километр вниз по Хотторн-стрит: мимо нее прошла молодая азиатская парочка, одетая в походную экипировку, с рюкзаками на плечах. Они как будто пришли с Аппалачской тропы[19], а скорее всего, туда и направлялись.

Затем ее обогнал старик на велосипеде. Потом, через пару кварталов, небольшое семейство — родители с двумя детьми. Все они были нагружены рюкзаками и другим багажом.