— Да. Кстати, меня очень… мм… — Джен остановила себя.
Она хотела сказать Сильвии, как сильно ее тронул рассказ о ее дочери, но в глазах вдруг защипало, и Джен поняла, что лучше об этом не упоминать.
— Это и есть вопрос на миллион, так ведь? — спросил судья Стива и Винса. — Как далеко это зайдет?
Женщины ждали, пока Джен завершит свою мысль.
— Неважно, — сказала она, качая головой. — Ничего.
— Как я вижу, — объяснила Диана, — если у меня есть проблема и я из-за нее пью, то у меня теперь
Джен кивнула:
— Да. Могу я кое-что спросить?
— Конечно. Спрашивай.
— Вы этот свитер в шутку носите?
Диана посмотрела вниз на грудь и засмеялась:
— Шутишь, что ли? Да я бесспорный чемпион-тяжеловес всех бабушек на свете! Три часа со мной, и дети потом неделю скучать будут!
— У нее ужасно милые внуки, — заверила Сильвия.
— Я бы показала фотографии, но мой дурацкий телефон отрубился. Еще пару дней, и я забуду, как они выглядят.
В конце концов группка вышла на улицу. Они затушили свечи в коридоре, Стив запер дверь в церковь, и шестерка алкоголиков направилась по улице — медленно, чтобы за ними поспевал старенький судья.
— Не ждите меня, — предложил он. — А то под дождь попадете.
Участники группы его не послушали. На небе собирались тяжелые темные тучи, но днем на улицах стало заметно больше людей на велосипедах и без них. Все они направлялись на юг, к центру города.