— Не знаю. Странно. Папа вон совсем срывается.

Когда спор прекратился и брат с сестрой вернулись к игре, Максу совсем перестало везти, и ему пришлось ликвидировать половину своих домов. Из кухни, застегивая плащ, вышел отец. Выглядел он подавленным.

— Извините за крик.

— Все в порядке, папочка, — сказала ему Хлоя.

— Мы… пока не уезжаем. Я иду в город. Из дома не уходите, хорошо?

— Хорошо!

— Ладно!

— И приглядывайте за мамой. Ей, кажется, тяжело сейчас.

— Хорошо.

— Любим тебя, папочка!

— А я тебя, тыковка. И тебя, Макс!

Макс не ответил. Когда отец ушел, Хлоя полезла к Максу с непрошеным советом:

— Надо было сказать, что ты тоже его любишь.

— Зачем?

— Это самый простой способ расположить папу к себе. И маму тоже.

— Когда это ты располагала маму к себе?

Хлоя нахмурилась:

— Справедливо. Но совет все равно хороший.

Два хода спустя в комнату вошла Джен, одобрительно прокомментировала их совместное времяпрепровождение и спросила, хотят ли они есть. Учитывая печальное состояние их запасов, Макс и Хлоя ответили отрицательно.

— Скажите, если нужно будет что-нибудь приготовить, — предложила Джен. — Я пока спущусь в подвал. Проверю, не забыли ли мы чего полезного.