Макс все еще переживал по поводу того, что на поместье потенциально претендует кто-то еще:

— Что будет, если они объявятся, а мы внутри?

— Они не смогут войти. Ключ-то у меня! — успокоила брата Хлоя.

— Что, если они просто разобьют окно?

— Тогда мы будем стрелять.

— О господи! — простонал Дэн.

— Что, если у них будет оружие? — поинтересовался Макс. По его мнению, с этого момента можно спокойно предполагать, что оружие есть у всех.

— Приятель, не парься, — сказала Джен, желая успокоить сына. — С парочкой сопляков мы справимся.

Хлоя не смогла сдержать улыбку. Она не чувствовала такую близость с матерью с тех пор, как они вместе однажды летом читали «Сумерки» — ей тогда было двенадцать лет.

Джен, в свою очередь, оценила хитрость дочери. Поселиться у Блэквеллов имело свои преимущества. И не только очевидные, вроде воды в бассейне, еды на кухне и отсутствия кровожадных соседей. С Маунтэн-авеню ближе идти на встречи Анонимных Алкоголиков. А с другой стороны, у Пита Блэквелла наверняка собралась отличная коллекция вина. Если, конечно, эти сосунки из академии с ней не расправились.

— Так все согласны? — спросила Хлоя. — Завтра утром идем к Блэквеллам?

— Вариант неплохой, — согласилась Джен.

— Если мы переедем к Блэквеллам, — спросил Макс, — можно мы заведем собаку?

Все посмотрели на него с недоумением:

— Ты же понимаешь, что одно с другим не вяжется?

Для Макса все было логично. Это как камень-ножницы-бумага: пушка бьет собаку, но собака бьет человека. В зависимости от собаки. К тому же собака может служить источником любви и ласки, то есть быть эмоциональной поддержкой.

Но Макс не видел смысла объяснять это своей семье.

— У Блэквеллов была собака, — заметила Хлоя. — Значит, где-то в доме есть огромные запасы дорогущего корма.