— Не хочу показаться слишком пессимистичной, — предупредила Джен, — но нам лучше придержать корм на случай, если придется его есть самим.

— Мы не пойдем к Блэквеллам!

Испугавшись внезапного возгласа Дэна, семейство уставилось на него широко открытыми глазами.

Дэн и себя испугал. Каким-то невероятным образом его жена и дочь сохранили способность действовать решительно, которую он за три дня унижений растерял. Дэн чувствовал, что теряет лидерство в семье.

Однако моральные компасы Джен и Хлои в какой-то момент сильно повредились, и починить их мог только Дэн.

— Вы с ума сошли? — отругал он жену и дочь. — Мы не будем вламываться в чужой дом! Мы не такие! Мы не будем ни в кого стрелять, мы не будем никого грабить, и мы не будем захватывать чужой дом!

Он вложил столько энергии в свои слова, что ненадолго закашлялся. Джен и дети задумались.

— Дэн, ты ограбил «Хол Фудс», — заметила Джен, когда приступ кашля у него закончился.

— Да это же чертов магазин! Это не люди! Блэквеллы — люди! Они наши друзья!

— Это преувеличение, — ответила Джен. — Они просто знакомые.

— Да, и разве они не безумно богатые? — спросил Макс.

— Это неважно, — заявил Дэн. — Важен сам принцип.

— Папочка, мы не будем никуда вламываться, — сказала Хлоя тихим, но строгим — и слегка снисходительным! — голосом. — У меня есть ключ.

Дэн уставился на дочь:

— Хлоя, ты его украла?! Ты разве не видишь разницы?! В Дартмуте есть кодекс чести? Мы не такие! Мы не пользуемся бедой других людей!

Хлоя посмотрела на отца, и губы ее дрогнули.

— Что, если стоит такой выбор: либо мы, либо они? — спросила она.

Дэн не успел ответить: в дверь три раза постучали.

Все повернулись в сторону прихожей.

— Какого хрена? — спросила Джен.