Джен и Дэн переглянулись.

Что нам делать?

— Поезжайте с нами, — предложил судье Дэн.

— Без шансов, — продолжал настаивать на своем старик.

— Мы едем в Калифорнию, — сказал Дэн. — У вас там дети живут, верно? Мы отвезем вас к ним!

— Дэнни, спустись на землю! — усмехнулся судья. — Там настоящий конец света! Вы не доберетесь даже до Огайо!

— Я довезу нас до Калифорнии, — заявила Джен. — Всех нас. Вас тоже. Поехали!

— Это пять тысяч километров! — закричал судья. — А у меня не работают почки! Я умираю!

— Но еще же не умерли, правда? — заметила Джен. — Дайте нам шанс! Если все совсем плохо, Богом клянусь, мы остановимся и застрелим вас на обочине.

— Ох, ради всего святого, — простонал судья. — Я просто хотел быстрого конца.

— Быстрого не будет, — признал Дэн. — Но будет счастливый. Мы не позволим всему этому бедламу превратиться в трагедию. Мы не остановимся, пока не найдем вам больницу, пока не сделаем вам диализ, пока не заработают банковские карточки… и мы все исправим! А потом отвезем вас к вашим детям.

— Господи ты Боже мой. — Судья хмурился в нерешительности. Потом повернулся к Джен: — Клянешься, что застрелишь меня, если придется?

— Клянусь, — пообещала она.

Постепенно лицо старика расслабилось. Он утвердительно хмыкнул:

— Хорошо. Но положите корм обратно. И возьмите лопату. Я поведу. — И пошел к водительскому сиденью «мустанга».

Обменявшись торжествующими улыбками с женой, Дэн заменил канистру собачьим кормом и захлопнул багажник, а Джен забрала лопату, которую Хлоя оставила на кузове «приуса».

— Я на переднем! — крикнула она.

— Само собой разумеется, — хмыкнул судья, садясь за руль.

Дэн передал канистру Хлое, которая уже пыталась пристроить куда-нибудь лопату. В последний раз взглянув на Козака, чтобы убедиться, что он в ближайшее время не поднимется, Дэн влез на заднее сиденье к детям и собаке.