Я киваю.

Она переключает свое внимание на Зандера.

– Провидцам явилось видение о конце кровавого проклятия, и оно придет от ибарисанской дочери Ифу и илорианского сына Малакая. Разве не этого вы желаете?

– Да, я тоже это видел. Как и все присутствовавшие сегодня на площади. Я знаю, что такое Ромерия, и я не хочу менять Илор таким образом. Не путем убийства моих людей. – В его голосе вспыхивает горечь.

В ответ она нежно улыбается.

– Это путь Ифу, но это не единственный путь.

– А что получишь от этого ты? Только не говори, что рисковала собой ради Илора.

Кончики ее пальцев скользят по золотому ошейнику.

– Я хочу свободы для моего вида. Возможно, я успею увидеть это до того, как мои дни подойдут к концу. А, возможно, и нет.

Снаружи раздаются крики. Элисэф еще раз бросает на нас взгляд из-за занавески.

– У нас больше нет другого пути отхода. – Он указывает на отверстие в полу.

Глубоко вздохнув, Зандер кивает.

Один за другим мы спускаемся по лестнице. Мои ботинки ступают по земле, скрытой в мутной воде с запахом канализации. Факелы освещают сырой туннель, ведущий во тьму.

Еще одним взмахом руки Джесинда закрывает проход. Когда она опускает руку, я вижу переливающуюся золотым сиянием эмблему.

Я показываю на нее.

– Что это?