Видя, какими умными и добрыми они выросли, несмотря на все, через что им пришлось пройти, я чувствую, как будто меня кольнули железом прямо в сердце. Каким-то образом они не позволили своему положению ожесточить их, не перестали доверять. Не перестали любить и улыбаться. Мне становится стыдно за то, насколько закрытой я была для всех, кроме Подаксиса, в прошлом году. Да, у меня имелись причины держаться на расстоянии, но все же…

Когда Беатрис в следующий раз выполняет движение ногой, к ней присоединяются Брайони и Грета. Сестра Дориана переминается, раскачивается и переступает с ноги на ногу, добавляя все более сложные движения и новые повороты. Вскоре мы все смеемся, пытаясь не отставать от ритма. Хоть это и занимает некоторое время, но вскоре я начинаю понимать движения. Или какое-то их подобие. Я чувствую себя рыбой, барахтающейся на берегу, но должна признать, – мне весело.

Беатрис снова кружит меня по кругу, и когда мы расходимся, я обнаруживаю, что Дориан наблюдает за мной с дивана. Его лицо светится весельем.

– Брат Дориан, – говорит сидящий на стуле рядом с ним Глинт МакКриди слишком громко, как будто пытается привлечь его внимание не в первый раз.

Дориан качает головой и отводит взгляд.

– Прошу прощения, какой был вопрос?

– Ваша свадьба состоится уже послезавтра в полночь. Приготовили ли вы кольцо для нареченной?

В этот момент мы с Беатрис снова поворачиваемся, так что я больше не вижу его лица. Однако каким-то образом слова Дориана превалируют над музыкой. Мои уши настраиваются на них, даже когда я подпрыгиваю или притоптываю.

– Да, – говорит он, – простое золотое кольцо. Однако я планирую подарить своей невесте что-нибудь более эффектное уже после свадьбы.

– Вот как? Что же именно вы планируете преподнести? Бриллианты?

Еще один поворот, и Дориан возвращается в поле моего зрения. Я не понимаю, что пялюсь, пока он не встречается со мной взглядом.

– Я предпочитаю жемчуг, – усмехается он.

Это слово заставляет меня сбиться с ритма. Прежде чем вернуть равновесие, я спотыкаюсь.

– Жемчуг? – переспрашивает репортер. – Довольно необычный выбор, но, полагаю, он польстит той, на кого падет ваш выбор.

Я не позволяю себе смотреть на Дориана, но это не мешает его следующему комментарию вторгнуться в мое сознание.

– Я уже имел честь видеть, как сильно он ей подходит.

Снова запнувшись, я останавливаюсь.

– Прошу прощения, – говорю я Беатрис, которая как раз собиралась взять меня за руку, чтобы сделать еще один круг вприпрыжку.

Она ничего не говорит, но смотрит на меня, слегка прищурившись. А после кричит: