– Ты сожалеешь, что узнал правду обо мне?

– Я сожалею, что тебя вынудили рассказать ее мне до того, как ты была готова.

Я отвожу взгляд, волна стыда омывает мое сердце.

– Я не собиралась рассказывать тебе. Я… я… – Я не могу заставить себя признаться в остальном. В том, что планировала пожертвовать собственной жизнью ради него. Что была слишком эгоистична, чтобы умереть, зная, что он ненавидит меня.

Дориан, приподнимает мою голову, положив указательный палец мне под подбородок. Мы снова встречаемся взглядом.

– Я понимаю, почему ты так поступила. Почему сделала все это. Сейчас все, что я хочу знать, это… есть ли у тебя ко мне чувства?

Я открываю рот, чтобы ответить, но вместо этого с моих губ срывается вопрос.

– Ты женат?

– Думаешь, я пришел бы к тебе, будь это так? – ухмыляется Дориан.

Я пожимаю плечами.

– Если ты выбрал Ванессу, я не стала бы винить тебя за желание сбежать.

– Я не выбирал Ванессу, – отвечает Дориан со смешком. – Я никого не выбрал. После нападения конкурс приостановили.

– Из-за твоих травм? – Я тянусь к воротнику его рубашки и осторожно оттягиваю его, чтобы внимательнее рассмотреть перевязанную рану. Один только вид того места, где Зара порезала его своим кинжалом из морского стекла, вызывает во мне новую волну ярости. Я снова кладу руку туда, где пульсирует сердце Дориана.

Он наклоняется ближе, пока наши лбы не соприкасаются. Я опускаю голову так, чтобы он не смог дотянуться до моих губ.

– Потому что девушка, которую я хочу выбрать, больше не участвует в конкурсе.

Мое дыхание становится резким и поверхностным.

– Нам обоим известно, что ты не можешь выбрать меня. Ситуация не поменялась только потому, что теперь ты знаешь правду.

– Я слышал, что сказала Зара. Я не нуждаюсь в поддержке церкви, чтобы получить гражданство. Все это время единственной фейри, которой мне стоило опасаться, была Зара. Ну и… ты.

От его слов я вздрагиваю, но когда отстраняюсь, чтобы заглянуть ему в лицо, на его губах играет кривая усмешка.

– Означает ли это, что ты покинешь церковь?