— Люк! — послышался грозный голос Маркуса.

Сердце бешено заколотилось.

— А теперь смотри, как я профессионально посылаю людей и набиваю рожу, — самодовольно сказал Люк. — Вернее наоборот, сначала…

— Да заткнись! — шикнула Эми и внезапно поняла, что нужно делать.

Она схватила его и, открыв дверь в помещение с кабинками, втащила его внутрь и тихо, но вместе с тем очень быстро, закрыла дверь. После чего затащила его в кабинку и закрылась изнутри.

Эми усадила Люка за закрытую крышку унитаза и крепко зажала ему рот.

— Люк, ты здесь?! — послышалось снаружи, где они были несколько секунд назад.

— Я тебя очень прошу, ни звука! — сердито молила Эми, но он начал улыбаться. — Люк, хватит!

Сердце сжалось, когда открылась дверь в туалетное помещение. Эми вспомнила, что все кабинки были распахнуты. И теперь была закрыта только их…

В дверь кабинки постучали.

— Люк, ты здесь?!

Эми посмотрела на парня, который вовсе не выглядел испуганным или злым. Он каким-то странным взглядом смотрел на неё и при этом еле сдерживался, чтобы не засмеяться от сумбурности происходящего.

В дверь снова постучали и дёрнули за ручку. Сердце снова оказалось где-то в пятках. Ситуация казалось безвыходной. Если продолжать молчать, Маркус заподозрит неладное и решит проверить, кто был внутри — вдруг кому-то стало плохо. И что он подумает, когда увидит в одной кабинке этих двоих? Два взрослых человека, которые пробивали себе место и завоёвывали уважение, прячутся в туалетном помещении. Что могло быть ещё нелепей? Нет. Молчать никак было нельзя.

Эми вдохнула поглубже.

— Да сколько можно?! — низким тоном произнесла она, от чего Люк округлил глаза. — Весь день музыка орёт! Теперь ещё и в туалете спокойно посидеть не дают!

Люк зажмурился уже не в силах сдерживаться. А Эми сильнее сжала ему рот.

— А… — протянул Маркус. — Прошу прощения. У Вас там… Всё нормально?..

— Будет лучше, если ты выйдешь на хрен и дашь спокойно доделать свои дела! — тем же грубым низким тоном говорила Эми.

— Да… Я ухожу. Ещё раз — извините.

После чего Эми услышала, как тихо прикрылась одна дверь, а затем — другая, и только потом разжала руку.