— Поэтому надо с папой!

— За ручку, ага, и чтоб он там мне все документики просмотрел и подписал, — я быстро встала. — Не придумывай, сама справлюсь, не маленькая.

— Как хочешь, — Вита нахмурилась, а в следующую секунду слетела с кровати и вышла из комнаты. — Па-ап! Нам нужно человечка пробить!

Вот же… Ещё и дядю Олега напрягать. Хотя узнать подробнее, что за «Цех» такой, что за наследство и «усопшая» было бы кстати.

Вита заглянула в комнату:

— Родители уже завтракают, папа сказал, что всё узнает. Должна же быть польза от его работы!

— Хочешь сказать, что от работы ФСБ-шником только одна польза, что людей пробивать по базе?

— Да! — она потёрла глаза. — И надо было так рано звонить? Девять утра!

— Видимо, как открылись, так и позвонил… — я пригладила волосы и встала. — Ты иди, я умоюсь и тоже подойду.

Ужасно хотелось в душ и нормально расчесать волосы, но это всё после завтрака. Мои кудри можно помыть и расчесать только с бубнами и песнопениями, иначе образуется страшный колтун.

Расплела пушистую косу и скрутила волосы в тугой пучок, так безумие на моей голове хоть немного будет держаться. Из-за чёрных, как смоль, кудрей детдомовские прозвали меня цыганкой и дразнили так до самого выпуска. Было даже обидно — первые лет пятнадцать, потом всё равно стало. Ну цыганка и цыганка, даром, что похожа только кудрями. Да и кем только не обзывали за жизнь, цыганка хотя бы не оскорбление.

— Маречка, — с лучистой улыбкой поприветствовала меня тётя Алёна. В свои сорок она выглядела максимум на тридцать пять, светилась здоровьем и молодостью во все стороны. Очень красивая, от неё Вита унаследовала всё — от светло-русых волос до голубых глаз. Доминантная брюнетистость и кареглазость дяди Олега прошла мимо. — Садись, пока оладья горячие.

— Что там за история с немцем? — дядя Олег передал мне плошку с вареньем.

— Немцем?

— Цех. Немец.

Он обладал невероятным умением говорить без лишних слов.

— Да не знаю, позвонил, сказал, какое-то завещание должна послушать.

— Наверное, кто-то из твоих родственников, — покивала Вита.

— Наверняка. Про Цеха спросил, пока ясно, что правда нотариус, стаж тридцать с гаком, все годы на той же Нежинской и проработал.

— Оперативно, — подняла брови. Не устаю удивляться этому семейству.