Макс нахмурился.

– Разработчики пишут алгоритмы, отсеивают в симуляциях лучший и вставляют в игру – так, что ли?

Дункан возбужденно плясал с лапы на лапу.

– Нет! Никто ничего никуда не вставляет! Вместо готовых боевых алгоритмов – генетические!

– Что за зверь такой?

Круглые глаза Дункана метались с Макса на Блю. Его одурманило.

– При запуске генерируются скрипты. Те, у которых лучший результат, скрещиваются, как бы обмениваются генами, и в следующем поколении – по новой. Естественный отбор. Код самосовершенствуется!

Макс не успел заартачиться, Блю не дал.

Дункан напружинился, строчил все быстрее.

– Через несколько поколений код будет такой, что человеку и даже Псу в жизни не написать! Потому-то у оборотней ближний бой до потолка!

Макс усердно переваривал.

– Так, допустим. В игре оборотней не победить, но при чем…

– Ты дослушай! Как решить, какой алгоритм лучший? Какому скрещиваться?

Макс пожал плечами.

– Ну, не знаю, по боевой статистике. Поставили оборотня в тестовой песочнице и смотрят, что выходит. Как у нас вот. – Он указал на свой монитор с моделью.

– Три-ви-аль-но! – И звонко гавкнул. От хмурости ни следа, того и гляди загарцует на месте. – Заходишь ты в игру. А с оборотнями уже где-то дерутся, так?

До Блю начало доходить.

– То есть в начале оборотни мало что могут… – Голос тоже оживился. – Но по мере игры…

– Да, да! – воскликнул Дункан с горящими глазами.

– …подстраиваются под живую статистику…