Селена в панике огляделась. Плохо дело. Хотела только кадры из боя, а получила сам бой. Скорее бежать! Она бросила взгляд на велосипед, как вдруг из-за угла вынырнул третий ровер и расплющил его гусеницами. Заработал пулемет, полетели раскаленные гильзы, одна прижгла Селене руку. Она тут же ринулась куда глаза глядят.

Вон там чернокожий старик у какой-то двери! Метров сто! Сверху вывеска «Пекарня Аррието-Балаганьо». Вдруг открыто? Селена окликнула его, но голос потонул в грохоте боя.

Из чада вырвались еще роверы и выстроились перед ней широким полукругом. Пулеметы крутились туда-сюда. Экспатские? Наверняка. Засаду готовят? Или же, поджав хвост, бегут от врага?

Наплевать, главное, что оказалась почти в самом пекле. Селена бросилась к старику-негру. Пекарня явно была на замке, потому что он с урной в руках целенаправленно двигался к окну. В полуприседе миновав цепь роверов, она увидела, как витрина пекарни разлетается вдребезги. Негр сбил урной острые края, и в этот миг за спиной зарокотали пулеметы, все разом. Селену оглушило. Старик уже залез в пекарню и, заметив ее, сначала удивился, затем стал активно подгонять. И вот она уже там.

Вражеские пули разнесли на осколки стеклянную дверь. Селена с невольным криком сжалась в комок посреди битого стекла. Чернокожий за стойкой впереди дергал дверь в подсобку, и Селена, не поднимая головы, поспешила к нему. Сумка все мешалась, прыгала перед лицом. Пришлось ее отпихнуть – и в ней пальцы нащупали фотоаппарат. Селена застыла как вкопанная. До чего тянуло бежать без оглядки, но…

Она достала фотоаппарат и, выбрав на селекторе автосъемку, положила на витрину с выпечкой.

Грохот нарастал. Где-то совсем рядом – возможно, прямо за стеной – дали очередь, а вслед за ней зазвенело стекло и запела сигнализация. Селена бросила взгляд на улицу. Посреди туннеля стояли два ровера: один в огне, другой замер без движения. Тут пекарня содрогнулась от взрыва, с потолка сорвались панели вместе с пылью.

Она бросилась за нигерийцем в подсобку. Тот махнул ей и скрылся за конвектоматом. Она поспешила туда и следом за ним втиснулась за блестящий стальной шкаф.

Пекарню тряхнуло еще сильнее. Селена поневоле вздрогнула, хотя вообще-то была укрыта тонной стали, не меньше. В следующую секунду света как ни бывало. Задняя стенка конвектомата давила на грудную клетку, голову не повернуть, но хотя бы тусклый туннельный свет очерчивал стены и потолок.

С чего же такой натиск? Только-только писали, что ополчение держит позиции, а МК уже вот как далеко прорвались. Как же так? Ополчение по ошибке стянуло силы не туда?