– Жейс…– прохрипел он.

– Да? – промурлыкала она.

– Прекрати…

– Вот еще.

Коготь напрягся, дрожа всем телом, что-то рявкнул сквозь зубы, внезапно развернулся к ней и опрокинул ее на кровать. Оба тяжело дышали.

– Мне не нужен только вечер!! – выпалил он. – Ты нужна мне… насовсем!

А потом ее накрыла темнота.

Жейс открыла глаза, щурясь от солнца, и, оторвав голову от подушки, осмотрелась. Затем встав с кровати, морщась от обещанной утрианкой головной боли, накинула халат и вышла в гостиную.

Коготь прямо в одежде спал на диване, закинув руку на лицо. Она улыбнулась, подошла ближе, осторожно присела на край дивана, стараясь не разбудить его. На его животе, под распахнутой рубашкой, отчетливо краснел рубец от вчерашнего ножа, воткнутого Дэнером. Жейс закусила губу, и протянула руку, собираясь коснуться этого шрама, но передумала, отшатнулась, чем и разбудила полукровку.

Глубоко вздохнув, он убрал руку и открыл глаза:

– Доброе утро.

– Доброе… – проворчала в ответ она. – Что это было вчера?

Коготь сонно зевнул:

– Это тебя надо спросить.

– Ты меня вырубил.

– А что надо было оттрахать? Ты была пьяна.

Жейс покраснела до кончиков ушей, вспомнив свои приставания к нему.

– Не так уж и пьяна.

– Достаточно.