На кухне бравкаец потягивал пиво. Он изучающе смерил их взглядом с ног до головы и изрек:

– Придите вы пяти минутами раньше, то пришлось бы отчитываться перед Кэтрин, кто в какой кровати и с кем спал.

Жейс краснея, быстро отвернулась, и принялась заваривать кофе.

Капитан что-то буркнул неразборчивое в ответ, беря чашку кофе, протянутую землянкой. Видно было, что он зол.

– У вас проще. Вас что держит-то… – бормотал он себе под нос, уже явно в подвыпившем состоянии. – Стереотипы? Отсутствие будущего? Вы же можете быть вместе, быть счастливы здесь и сейчас. Не тратьте время, как я…

Коготь хмуро возразил:

– Завязывай с алкоголем, Волн. Я серьезно. Уволю.

– Все-все. – он отставил пустую бутылку. – Я спать. Разбудите к четырем.

Молча позавтракав, они разошлись каждый по своим делам. Коготь засел в рубке, а Жейс возилась на складе, проводя инвентаризацию. Но дело не шло. По большей части девушка просто пыталась побыть наедине с самой собой и не встречаться ни с кем из коллег. Особенно с Когтем. Тем более с Когтем…

Что дальше?

Кто мы?

Есть ли мы?

Зачем??

К середине дня она уже порядочно накрутила себя. Склад уже казался не безопасным убежищем, а душной тюрьмой. К тому же она проголодалась.

К счастью на пути в кухню ей никто не встретился. Пообедав в гордом одиночестве, Жейс вышла на улицу.

Солнце палило нещадно. Утрианка, сидящая на поваленном дереве, то и дело поправляла огромную белую панаму на голове, при этом задрав платье, оголив ноги по самые бедра. Жейс плюхнулась рядом:

– Как дела?

Кэтрин пожала плечами:

– Тебя надо спросить.

– Почему? – изобразила землянка удивление.