— Его можно двигать,— сказал Блевинс. Он говорил в микрофон шлема Келли, переданный ему, но не надевал шлема.— Это может действовать и с перерывами. Капрал Хаснер убил нескольких малышей, которые делали это.

— Отлично, мы забираем его,— решил Стели.— Уводите их, Келли!

— Сэр!— канонир осторожно провел сквозь невидимый барьер, потом нажал на него.— Это похоже... похоже на какое-то поле, мистер Стели. Только не такое плотное.

Стели что-то проворчал и сделал знак остальным гардемаринам.

— Кофейник,— сказал он. Это прозвучало так, словно он сам себе не верти.— Лафферти, Круппман, Яновиц — вы пойдете с нами.— И он двинулся обратно по трапу к руинам за ним.

В другом конце была двойная герметическая дверь, и Стели знаком приказал Уайтбриду открыть ее. Задрайки повернулись легко, и они столпились в маленьком воздушном шлюзе, глядя сквозь толстое стекло в главный соединительный коридор правого борта.

— Выглядит вполне нормально,— прошептал Уайтбрид.

Похоже так оно и было. Они в два приема прошли через воздушный шлюз и, цепляясь за ручные захваты, двинулись вдоль стен коридора к главной кают-компании для экипажа.

Заглянув сквозь толстое стекло в помещение кают-компании, Стели воскликнул:

— О зубы Господа!

— Что это, Хорст?— спросил Уайтбрид, прижав свой шлем к шлему Стели.

В помещении находились дюжины малышей. Большинство было вооружено ручными лазерами и стреляли друг в друга. В сражении не было никакого порядка: казалось, что каждый малыш стреляет во всех остальных, хотя это могло быть только первым впечатлением. Отсек был заполнен розовым туманом: кровью моти. Мертвые и раненые моти кружились в безумном танце, а комнату то и дело пересекали зеленовато-голубые лучи света.

— Туда не войти,— прошептал Стели, потом вспомнил, что говорит по радио и повысил голос: — Нам не пойти через это живыми. Забудем о кофейнике.

Они двинулись по коридору, выискивая других уцелевших людей, однако никого не было, и Стели повел их обратно в кают-компанию.

— Круппман!— окликнул он.— Берите Яновица и устройте в этом коридоре вакуум. Прожигайте переборки, пользуйтесь гранатами, но здесь должен быть вакуум. А потом устроим ад на корабле.

— Слушаюсь, сэр.

Когда морские пехотинцы повернули за угол стального коридора, гардемарины потеряли с ними контакт. Передатчики скафандров могли действовать только в пределах видимости. Впрочем, они еще что-то слышали. Звуков было множество: высокие крики, скрежет раздираемого металла, гудение и жужжание. Ни один из них не был знакомым.

— Корабль никогда больше не будет нашим,— пробормотал Поттер.