— Мой Бог...— Уайтбрид глубоко вздохнул.— Но сейчас вы не делаете ничего подобного?

— О, нет.

— Тогда зачем разводить их?

— Это статистический вопрос, совпадение, которое вы можете счесть интересным. Нет на планете зоопарка, в котором не разводили бы Мясных, и стада их все растут...

— О, Зубы Господа! Вы не перестаете думать о следующем коллапсе?

— Да.

Глаз Мурчисона давно исчез. Сейчас восток был кроваво-красным от лучей рассвета, который до сих пор поражал Уайтбрид. Красный рассвет был редок на обитаемых мирах.

Они пролетели над цепью островов. Впереди, там где было еще темно, горели огни. Там раскинулся город, похожий на тысячу Спарт, соединенный край к краю, рассеченный кое-где темными полосами возделанной земли. На человеческих мирах они были бы парками, а здесь это были запретные территории, охраняемые демонами.

Уайтбрид зевнул и посмотрел на чужака рядом с собой.

— Прошлой ночью я назвал вас братом.

— Я знаю. Вы имели в виду сестру. Пол важен и для нас тоже. Это вопрос жизни и смерти.

— Не уверен, что имел в виду именно это. Скорее я хотел сказать — друг,— с некоторой неловкостью объяснил Уайтбрид.

— Финч (клик) это более близкие отношения, но я рада быть вашим другом,— сказала Моти.— У меня не было возможности узнать вас.

Молчание стало невыносимым.

— Пожалуй, я разбужу остальных,— сказал Уайтбрид.

Самолет вдруг вздрогнул и повернул на север. Моти Уайтбрида посмотрела на город внизу, потом выглянула с другого борта, чтобы убедится в положении солнца, затем вновь перевела взгляд вниз. Через мгновение она встала, прошла вперед, в кабину пилотов и защебетала. Чарли ответила, и теперь они щебетали вместе.

— Хорст,— сказал Уайтбрид.— Мистер Стели, проснитесь.

Хорст Стели заставил себя заснуть. Он был по-прежнему напряжен, как статуя, ракетомет стоял между коленями, и руки крепко сжимали его.

—  Да?

— Я не знаю, что происходит. Мы изменили курс, а сейчас... послушайте,— сказал Уайтбрид.