Если бы кот был здесь и был в состоянии предпринять какие-то действия, она точно знала, что бы он сделал. Он развернул бы транспортер, на полной скорости погнал бы его к месту высадки, забрался бы в челнок, поднялся бы назад к «Сулако», погрузился бы в гиперсон и отправился бы домой. Маловероятно, чтобы на этот раз кто-нибудь из колониальной администрации стал бы оспаривать ее отчет. После того, как они увидели бы Гормана в нервном шоке и Берка в полукоматозном состоянии. После того, как эти самодовольные представители Компании просмотрели бы видеозапись, которую автоматически производит компьютер бронетранспортера.

Череп раскалывался от криков, звенящих внутри — уйти, улететь домой, убежать прочь\ Ты уже получила доказательства, за которыми летела сюда. Колония погибла, в живых остался лишь один человек, остальные мертвы или даже хуже, чем мертвы. Отправляйся на Землю и в следующий раз захвати с собой целую армию, а не один взвод. Бомбардировщики. Тяжелое оружие. Пусть они сравняют все с землей, но пусть они делают это без тебя.

Из этой утешительной цепи рассуждений выбивался всего один факт. Если они сейчас же улетят, то Васкес, Хадсон, Хикс и все, кто еще остался в живых там, на уровне «С», останутся на растерзание чужих. Если им повезет, они умрут. Если же нет, их зацементируют в стене вместо колонистов, которых они из чувства милосердия превратили в пепел.

Она не смогла бы жить с сознанием того, что обрекла на гибель людей. Ночью она видела бы их лица и слышала их крики. Если она сбежит, ночные кошмары замучают ее. Невыгодная сделка. В который раз обстоятельства против нее.

Ее охватил ужас от сознания того, что она должна сделать, но растущий в ее душе гнев на беспомощного Гормана и на эту дурацкую Компанию, пославшую ее сюда вместе с неопытным полевым офицером и дюжиной солдат (конечно же, ради экономии денег), заставил ее пройти мимо парализованного лейтенанта в кабину бронемашины.

Единственная оставшаяся в живых, девочка из колонии Хадли уставилась на нее серьезным взглядом.

— Ящерка, иди назад и пристегнись.

— Ты собираешься за ними, да?

Рипли, сидя в водительском кресле, застегивала ремни.

— Я должна. Там внизу остались живые люди, и им нужна помощь. Ты ведь понимаешь?

Девочка кивнула. Она прекрасно все понимала. Рипли еще не успела пристегнуть ремни, а девочка уже бежала назад по проходу.

Мягкий свет приборов словно подбодрил Рипли. Горман и Берк, возможно, не в состоянии даже пошевелиться, однако никакое психическое напряжение не сковывает движения транспортера. Она уверенно начала нажимать кнопки и выключатели с благодарностью вспоминая прошедший год, в течение которого она управляла различными транспортными средствами в Портсайде. Взревели двигатели, и машина вздрогнула, готовая двинуться вперед.