Через минуту за воротами хлопнули дверцы, в дверь забарабанили, кто-то за забором визгливо с истерическими нотками закричал на испанском.

Мигель, стоящий у ворот, вопросительно глянул на Сосновского. Майор кивнул, и кубинец выкрикнул короткую фразу. Невидимый собеседник сразу замолчал. Мигель повернул замок, открыл калитку и скрылся за забором. Раздались приглушенные голоса. Через минуту водитель вернулся и открыл ворота. В особняк заехала темно-синяя «шевроле» из неё вылез невысокий худощавый мужчина. Типичный латинос лет сорока, смуглая гладкая кожа, живые карие глаза, курчавые, когда-то черные, а сейчас тронутые серебристой сединой волосы. На поясе открытая кобура с пистолетом, немного похожим на наш «ТТ». Скорее всего, кольт М 1911.

Шофер и ещё один боец на заднем сиденье остались на месте. Они демонстрировали невозмутимость, но украдкой постреливали глазами по сторонам. Мигель закрыл ворота и благоразумно сместился с линии прицела за угол дома.

Майор что-то выкрикнул. Худощавый продемонстрировал удостоверение DSE[26] и дружелюбно улыбнулся.

— Приготовьтесь, — тихо сквозь зубы прошипел Сергей Иванович.

— Всегда готовы, — ответил одними губами Иван.

-Lo sabemos todo. Suelta tus armas. Manos detrás de la cabeza. Entonces estarás vivo,[27] — заорал Сосновский, вскинув автомат. В окна высунулись хищные дула стечкиных. Я отпрыгнул к стенке, подняв «калашников».

Худощавый побледнел, что-то забормотал, подняв ладони. Двое в «шевроле» напряглись. Водитель замер каменным изваянием, подняв руки, второй на заднем сиденье, начал медленно смещаться к дверце. Латинос продолжал взволнованно бубнить, но на половине фразы схватился за кобуру, и резко отпрыгнул назад, пытаясь спрятаться за багажник машины и уйти через калитку.

Ему не хватило какой-то секунды. «Калашников» изрыгнул короткую очередь. Рубашка Лопеса взорвалась клочьями ткани и кровавыми брызгами. Я успел достать падающего латиноса второй очередью в три патрона, превратив его голову в кашу из мозгов и осколков черепа. Почти вытащенный из кобуры длинный кольт М 1911, вылетел из руки и с глухим стуком встретился с асфальтом.

Застрекотали, плюясь пулями «стечкины» Ивана и Володи. Лобовое стекло «шевроле» покрылось сетью трещин и пулевых отверстий. Тушка водителя задергалась, принимая стальные подарки. Кровавые брызги россыпью заляпали стекло и сиденья. Второй подручный Лопеса вывалился из двери машины. Каким-то чудом в последнее мгновение он успел схватить лежащий на сиденье «узи», дернуть за ручку, открывая выход, но больше ничего сделать ему не дали. И сейчас он наполовину лежал на асфальте, с перекошенным в предсмертной муке лицом. Грозди багровых капель из ран, одна за другой, мелким дождем падали на асфальт, растекаясь тонкими кровавыми ручейками.