— Беатрис права, Матео. Родители переживают за вас. Идите к ним и успокойте их. Пусть они остаются в безопасном месте. И не пугайте их сильно завтрашней битвой, ладно? Вы же уже умные люди. Не стоит беспокоить родителей понапрасну.

Матео взял Беатрис за руку. И Скальд заметил, как ее взгляд скользнул по юноше снизу вверх. Матео выглядел воодушевленным идеей сопроводить Беатрис на встречу с родителями.

И Беатрис благодарна ему за то, что он всегда на ее стороне.

— Идем, Беа.

И они вдвоем пошли в прихожую одеваться.

Элен обняла Скальда на прощание и шепнула на ухо:

— Отдыхай. Тебе нужно набраться сил.

— Возвращайтесь скорее, ладно?

— Постараемся.

Оставшись один, Скальд запер дверь клиники изнутри. Он помыл посуду, убрал все чайные принадлежности с кухни. Принял душ. Переоделся. И наконец лег в мягкую постель.

Темнота опускалась на Перламутр-Бич очень рано. Это была настоящая зима. Даже находясь в кровати, Скальд видел в окне свет двух сближающихся лун.

Пытаясь уснуть, он прокручивал воспоминания, которые посетил в Маяке. Снова и снова одни и те же картинки мелькали перед глазами. Он вспоминал последнюю битву Печатей, смерть родителей Энтони, убийство матери Айседоры. Особенно долго он не мог перейти к следующим воспоминаниям, когда думал о создании Аллей Скверны. Крик Мелисенты стоял у него в ушах. Он снова и снова представлял себе, как Скверна вырывалась из раны на сердце и изо рта Верховной Матери бурным потоком, создавая целый маленький мир, состоящий целиком из Скверны.

Получив новые факты о жизни Мелисенты, его терзали новые вопросы. Что случилось с Питером? Как они оказались на другой стороне Прохода? Откуда в Мелисенте появилась Скверна?

И откуда Скверна в нем самом?

И почему Нату удалось выжить?

Скальд тщетно снова и снова гонялся за одними и теми же вопросами, изводившими его день ото дня.

Они мучали его. Душили и терзали разум. Он долго не мог успокоится.

Но в конце концов усталость и слабость нахлынули на него волной. И Скальд наконец уснул.