Кён решил провести маленький эксперимент: он начал нарочно снижать своё развитие и возвращать его обратно, повторяя этот опыт раз за разом. Судя по ощущениям, потолок действительно находится на уровне в 51 дюйм (то есть лорда 1-й ступени). И дальше ты, становясь сильнее, как бы упираешься в него головой, толкая предел вверх.

Вот только кое-что не давало парню покоя. Дело в том, что «выпрямиться» повыше не поможет высокое развитие. Будь ты хоть монархом, хоть властелином, это никак не поможет тебе поднять потолок выше. Помочь в этом может только внутренний талант: твой фундамент (уникальное тело) и, возможно даже, чистота ключей.

{Стоп… Нет, я должен ошибаться!} — Кён провёл ещё ряд экспериментов, но лишь уверился в этом. Бездна смерти слишком безжалостна. Она отсеивает практиков не по их развитию, а по их таланту! Самый бездарный практик уткнётся в потолок и останется лордом 1-й ступени, а самый талантливый — он сам, например — станет аж королём 1-й ступени!

{Проклятье…} — Лавр удручённо покачал головой, потому что теперь у Влады ещё меньше шансов. Будучи пиковым императором, она стала начальным или даже средним лордом. С таким развитием, не обладая стихией света, в этом месте выжить невозможно. Энергия будет расходоваться на защиту от тьмы быстрее своего естественного восполнения!

А вот талант Эльзы позволил бы ей «выпрямиться» вплоть до высокого-пикового лорда, если не начального короля, на что есть значительная вероятность.

При мысли о сестре сердце Кёна пропустило удар. Он отчётливо вспомнил её приближающийся голос, когда падал в бездну!

{Вот дура, ты что, прыгнула за мной?!} — Кёна охватила тревога за сестру. Вдруг за эту неделю с ней что-то случилось?! Достаточно ли у неё еды и воды? Тут даже спать нельзя! Ведь во время сна нельзя использовать стихийную энергию…

Насильно подавив свои переживания, парень отправился на поиски Эльзы, Люциуса и Влады, по пути внимательно изучая окружение на наличие ловушек и врагов, и с помощью стихии земли оставляя на земле метки в виде адамантовых стрелочек. Учитывая здешний климат, они продержатся не дольше месяца, но это хоть что-то. Увы, но вырезать метки на стенах не получалось: слишком прочная порода.

Часы сменяли друг друга. Преодолевая километр за километром, Кён ощущал, как тлеют его шансы найти здесь живым хоть кого-то. В этом богом забытом месте время и пространство теряли свою власть. Минуты тянулись как часы, часы — как дни, а дни — как минуты. Всё это усугублялось однообразными видами пыльной, мрачной, угнетающей и безжизненной пещеры, которая то и дело разделялась на многочисленные разветвления и тупики, сливающиеся в единый запутанный лабиринт. Не затихающий ни на миг ледяной ветер за считанные минуты заметал следы, что приводило к серьезной проблеме с ориентированием. Ситуацию усугубляло и то, что здесь нельзя спать без каких-нибудь формаций, защищающих от окружающей среды. Да и мощь формации, без сомнений, тут будет подавляться до ранее обозначенного потолка.