Бай устало прикрыл глаза, выглядя совсем скверно.

Эльза и Юнона тяжело сглотнули. Выходит, даже мама узнала правду не сразу.

«На самом деле у меня в голове уже тогда зазвенели первые тревожные колокольчики. Например, у него иногда случались приступы, в ходе которых мне, скажем так, приходилось брать на себя ответственность, иначе бы он мог натворить дел.»

«Какого рода приступы?» — вдруг холодно спросила Эльза, опасно прищурившись.

«Ну… Как бы помягче выразиться…» — заколебалась смущённая Диана, накручивая локон на палец. — «В эти периоды он не мог контролировать свои демонические порывы. Мне всегда приходилось быть рядом с ним и ни в коем случае не оставлять его наедине с женщинами.»

Эльза потрясённо покачала головой, даже не став комментировать услышанное. Теперь она поняла, что именно происходило, когда она иногда делала отцу массаж ног, и он вдруг начинал на неё странно смотреть, а секундой позже в комнату резко вламывалась мама и выгоняла её… Выходит, девушка зря сердилась на неё за такое странное на тот момент поведение? Она всего лишь защищала её? Или не зря…

«Помимо приступов, изредка муж проявлял демонические черты характера, от которых мне становилось дурно… Как будто его моральные ценности искажены и извращены до предела. Иногда он даже приводил…»

Глаза Бая округлились и остекленели.

Диана осеклась и, покачав головой, с виноватой улыбкой сказала: «Я не то имела в виду. Вот, например, однажды он зверски убил карманного воришку, пойманного и заключённого в семейную темницу. Подобных случаев жестокости было много, и я рада только тому, что он направлял её на преступников, хотя многие из них уж точно не заслуживали смерти, разве что каторжные работы в шахтах.»

«Но ещё больше боли мне доставляло ощущение, что я для Юрича не столько любимая женщина, сколько физический символ его величия и статуса. Он и сам часто говорил, что великий мужчина должен владеть прекрасной женщиной. То есть не будь я первой красавицей в королевстве, он, возможно, нашёл бы себе другую…» — в голосе Дианы прозвучала горечь. Хотя женщина была уверена, что муж не бросил бы её, но она боялась однажды уйти для него на второй план.

«Но ведь всё это напрямую не говорит о том, что он демон.» — заметил Кён.

«Верно… Я и отец узнали о его происхождении пять лет назад, когда мы втроём находились в кабинете патриарха, и к нам заявились Влада и Кара. Они дали ему какую-то медицину, излучающую невероятную жгучую очищающую ауру, после чего он скрючился от боли, схватившись за голову, и постепенно трансформировался в демона… Если бы тогда Кара не встретила Эльзу, то, что-то мне подсказывает, Влада убила бы нас, как нежеланных свидетелей. Или, возможно, она боялась возмездия великого демона, которого пробудила ото сна…» — всё это Диана рассказывала с тоской, горем и печалью, а иногда даже с некоторой отрешённостью.