Юнона с трудом поднялась, её колени дрожали. Казалось, она сражается с непобедимым монстром.

И вновь в бой.

Всего через пять движений Кён хитростью создал маленькую кочку под ногой Юноны, из-за которой девушка, запнувшись, потеряла баланс и упала.

Она рефлекторно хотела встать на ноги, но вся поверхность пола оказалась во льду, что снова заставило её потерять равновесие.

Кён же в этот момент навёл ей на шею длинный острый адамантий, напоминающий меч.

«Это твоя третья смерть. Я мог убить тебя, создав шип в земле или пронзив созданным камнем. Поднимайся, ничтожество!»

Рабыня, пошатываясь, встала. По щекам её чертили дорожки горячие слезы.

Не успел начаться следующий раунд, как Кён лениво произнес:

«Ползи на кладбище.»

Знакомый пренебрежительный тон и колкая фраза заставили Юнону вздрогнуть. Она обернулась назад и увидела зелёное облачко, из которого ей в спину тычет острый штык адамантия. Слуга телепортировал меч ей за спину.

Девушка рухнула на колени, смотря в пол, слёзы сплошным потоком сами лились из глаз. Ей было невероятно обидно за свою ничтожность. Недавно она гордилась своими четырьмя стихиями, теперь же всё её самомнение смешали с помоями. Она чувствовала себя мусором. Постепенно появлялась знакомая всепоглощающая зависть. Ей хотелось быть такой же талантливой, как мастер, который производил впечатление хитрого и непобедимого воина. Совершенно непостижимо то, что он откуда-то знает все девять стихий — когда успел их выучить? Почему небеса вообще позволили ему ими овладеть? Так он к тому же научился создавать странный отливающий зелёным камень, о котором она совсем ничего не знала, к тому же он использует сверхсложную стихию пространства так, будто всю жизнь ей учился! Он просто гений среди гениев, Юнона не могла это отрицать.

Ни единая уловка или попытка к сопротивлению не работала, будто она билась головой об стену. Ей было беспредельно завидно, при этом она стыдилась собственной слабости. Проиграть за мгновение… Они же на одной ступени!

Кён стиснул пальцы в кулак и от души зарядил им Юноне, безучастно сидящей на коленях, прямо в грудь, пустив её в недалёкий полёт.

«Кто тебе разрешал раскисать во время боя? Враг с удовольствием воспользуется твоим нестабильным эмоциональным состоянием. Вывести врага на эмоции означает победить его!»

Прокатившись по земле, испытывая на себе всё то, с чем ей никогда не приходилось сталкиваться, а именно с жестоким и безжалостным обращением, тем более от собственного слуги, девушка, уперев руки в пол, всё же поднялась. Очень хотелось поддаться слабости и зареветь впервые за много лет во весь голос, но она не смела. Её взгляд устремился к парню, выражая лишь ярость и ненависть. И вот она вновь бежит в атаку с боевым криком.