Но Кён спокойно отбил его шлепком.

{Его не парализовало? Почему?!} — её угнетала бессмысленность и неразумность происходящего. Ощущение, словно бьёшься головой об стенку. Любой её фокус пресекается на стадии планирования. Изначально девушка хотела прикончить лакея за пару ударов. Однако действительность не радовала. Кроме того, проклятый ублюдок начал злорадно улыбаться!

Спустя ещё тридцать вдохов Дина поняла, что не может убить злосчастного противника, как бы не старалась. А что будет, когда он начнёт нападать? Она проиграет? Сердце забилось чаще. Осознание, что она может стать рабой безродной твари пугало всё больше.

{Нет… Нет-нет-нет! Не хочу!} — чувство тревоги затмило слепую ненависть, выводило из равновесия её хладнокровную натуру. Да и убивала она редко, только в качестве проверочных заданий, а жертвами были обычные недоразвитые преступники. Поэтому ей далеко до звания закалённой убийцы. В первую очередь она служанка госпожи, и только потом практик, главная задача которого быстро ликвидировать цель.

Кён видел каждую невзрачную эмоцию на красивом лице служанки. Цель — морально раздавить её всё приближалась. Когда страх в её глазах достиг определённого уровня, парень решил перейти к следующему этапу издевательств.

Юноша взорвался скоростью и ударил Дине в солнечное сплетение, а затем ласково шепнул:

«Похоже, ты станешь моей рабыней. Что же я буду с тобой делать? Наверное, пытать, как ты меня… М-м?»

«Ни за что!» — в ярости крикнула девушка и продолжила безуспешно атаковать.

Юнона ужасно сочувствовала служанке. Она очень нравилась ей, не хотелось видеть боль и страдания бедняжки. Но мстительный демон не оставит её в покое… Интересно, почему она бросила ему вызов?.. И что он с ней сделает?.. Будет ли бить так же, как и её? Наверное, Дина уничтожит его, когда освободится от оков. Хитрая служанка обязательно что-нибудь придумает. А что дальше? Она потеряет источник бесконечного таланта? Голова зудела от вопросов.

Кён ловким движением выбил кинжалы из рук Дины и нанёс ей звонкую пощёчину, оставив красный след ладони.

Отчаявшаяся убийца сделала заднее сальто. Выдвинутое из обуви лезвие направилось парню в подбородок… Однако он невозмутимо создал там тонкий слой адамантия — и остриё превратилось в мельчайшие осколки.

Кён на её наглое покушение схватил эту самую ногу и швырнул девушку о пол, как мешок с песком.

«А-аа-а-х-х.», — болезненно ахнула Дина и кувырком попыталась встать.

Но Кён безжалостно прижал её тонкую белоснежную шею к земле и шепнул в ухо:

«Проклятая сучка… Ты будешь визжать от боли за свои грехи.»