Кён мгновенно догнал Дину, заломал ей руки за спину и связал верёвкой.

«А-а-а! Отпусти меня, урод! Не прикасайся! Не смей засовывать мне эту гадость в рот! А-а-а-а! М-м-м-м!»

Кён стянул с ноги носок, переживший всю вечеринку от начала и до конца, и засунул ей в рот. Закинул на плечо, как барахтающийся мешок с картошкой.

Дина мычала, извивалась, пыталась ударить захватчика ослабшими конечностями… Но парень держал стальной хваткой и нёс из сокровищницы в своё логово.

Девушке было мерзко жевать вонючий носок. Язык непроизвольно облизывал сию дрянь, а она на вкус казалась солёной и отвратительной. Девушку воротило. Она никогда не испытывала такого унижения.

{Нет! Так не должно быть! Не для него моя роза цвела! Боже, умоляю… Спаси!} — мысленно молилась Дина, пуская слёзы. Самый страшный кошмар стал явью. Тело слабое, а стихии не работают… Она связана, как пленница, и находится в полной власти бандита.

Кён зашёл в свои покои, уложил Дину на кровать и привязал её руки к металлической спинке. Её изогнутые брови, покрасневшие щёки, слёзы и мольба в очаровательных глазах, почти растопили сердце парня. Вид сведённых в коленях длинных ног, и едва прикрытого юбочкой сокровенного, вызвал мурашки в области паха.

Сейчас Кён её презирал и ненавидел. Она — заклятый враг, заслуживающий жестокой смерти. Осознание того, что кровожадная служанка вскоре превратиться в любовь всей жизни, обескураживало и сбивало с толку ориентиры. Но юноша уже решил подарить ей шанс выжить и стать жертвой его безумной, похотливой любви.

Девушка продолжала безуспешно мычать.

Игнорируя её, Кён вынул из кольца нефрит с формацией, ранее приобретённый в сокровищнице, и активировал его.

Прозрачная плёнка-барьер разошлась от центра во все стороны, изолировав всю комнату от любых звуков. Теперь в ближайшие 6 часов крики о помощи никого не потревожат.

Закончив приготовления, он сел в кресло, устроился поудобнее и закрыл глаза.

{Почему он уселся?! Поганец не станет меня насиловать?! О, богиня! Вы услышали мои мольбы?.. Пожалуйста, пусть он заснёт, а сюда зайдёт Анна! Или госпожа… Прошу…} — в сердце теплилась надежда, за которую девушка ухватилась всем естеством. Даже её дыхание стало беззвучным, а всхлипы прошли, чтобы ублюдок мирно уснул. Желательно вообще не проснулся. Носок во рту постепенно смочился, и она смогла его выплюнуть. Однако продолжала молчать, как мышка и пыталась развязать путы на руках. Наивная.

Кён действительно погрузился в глубокий сон. Синергия, активно работающая против проклятья Кары, приступила к нейропрограммированию.