В каком-то смысле Стоунов можно понять — из-за огромного налога на добычу в шахтах они еле сводят концы с концами. Патриарху Баю пришлось пойти на незаконный метод ухода от налогов, чтобы его семья не распалась. Но достойно ли это уважения?..

К раннему утру Кён составил девять толстых писем, засунул их в конверты и отправил птичьей почтой с высочайшим приоритетом и анонимностью непосредственно патриархам первых девяти семей. Печать высокорангового следователя, которую почти невозможно подделать, обязывала их воспринять письмо всерьёз.

Стоунов он решил не трогать, всё же у него с ними хорошие отношения, да и Бай так старается привязать его к семье… Молодец какой. К тому же внучку-рабу защищает. Очень приятный персонаж. Очень выгодный.

К раннему утру в отдел зашли Чарж и его подчинённые. Следователи не сводили с юноши своих взглядов, пока они направлялись к нему. На лицах каждого светились эмоции, далёкие от восхищения: презрение, пренебрежение, отвращение и гнев.

{Какого хуя?} — Кён нахмурился.

Грек стукнул кулаком по столу новичка и заговорил, словно судья, выносящий приговор мерзкому преступнику:

«Так-так-так. А ты, оказывается, попал к нам в следователи с чёрного хода? Мы тут, значит, работали долгие годы ради каждого следующего ранга, а ты вот так «ОП», и за один день на наш уровень вышел? Самый умный, что ли?»

Кён утомленно помассировал виски, почувствовав головную боль. Ну конечно же — они же лучшие следователи, следовало ожидать хотя бы минимальное расследование его личности. Вот только он всё равно ничего бы не изменил.

Чарж остановился в метре от парня, скрестив руки. Он с подозрением посмотрел прямо в глаза Лавра:

«Не возьму в толк, каким трюком ты воспользовался, чтобы поймать за один день восемь десятков преступников. Неужели подставные? Или использовал ещё какую-то хитрость? Или семья заранее всё раскрыла, а ты собрал сливки? Хех, звучит разумно!»

Грек сжал кулак и ещё раз долбанул по рабочему столу Кёна.

«Не столь важно, какие грязные методы он, жалкое отребье Стоунов, использовал, но мы обязаны избавиться от мусора вроде него в ближайшие дни.» — он удостоил Кёна презрительным взглядом. — «Господин Владимир, которого ты посмел обмануть, больше не поможет.»

Все следователи смотрели на новичка, как на обнаглевшего чужака. Они были в ярости. Если бы не Владимир, уже вышвырнули бы его прочь пинком под зад. Он, жалкий выходец из Стоунов, каким-то образом обхитрил главу департамента! Они лучше умрут, чем позволят этому подлецу работать с ними!

Но больше всех разъярен был конечно же именно Грек. Он с каждым днём ненавидел Стоунов всё больше. Особенно его обескуражила новость о наглом грабеже двух сотен тысяч у его друга Стефана! Да и та грязная ложь о победе какого-то сосунка над многообещающим Цаяном заставляла его трястись от гнева. Как таких лживых негодяев только земля держит! Он с радостью посмотрит, как Стоуны сгорят от стыда на предстоящем турнире, когда все будут тыкать на них пальцами и смеяться до слёз.