«А что случилось бы с главной наградой, если бы он не занял первое место?» — спросил слуга.
«Выкрали бы, конечно же. Не оставлять же столь ценную медицину каким-то жалким принцам или принцессам. Жирновато для них будет, а вот для Кёна в самый раз.»
«Мой повелитель, так может мне привести его к вам, раз вы желаете с ним сотрудничать?»
«Нет необходимости. В ближайшем будущем он сам объявится.» — уверенно произнёс среблоглазый. В его понимании, амбициозность посланника богини слишком велика, чтобы тот отказался от работы имперским следователем и сотрудничества лично с ним. А когда юноша объявится, можно будет повнимательнее изучить его глобальные цели и мировоззрение. И всё-таки мужчина склонялся к тому, что этот парень метит слишком высоко, а значит, в один прекрасный день его придётся остановить, скормив сестре. Жестокая участь.
* * *
Кён нежно целовал в тонкую шею сжатую в клубок кошку, которая гневно рычала и лупила его хвостом по заднице. То, что произошло за последние несколько часов, вернее, происходило много раз подряд, было самым худшим времяпровождением для Трианы за всю её жизнь. Только та битва, где умер дядя, вызывала в ней больше негативных эмоций. Зато презренный человек вон как доволен, подонок!
Однако Лавр немного разочаровался, получив всего лишь три процента тьмы в ядро. Он рассчитывал на большее. Либо её стало зарабатывать слишком сложно, либо Триана выпускает не совсем тот негатив, который нужен ядру. Казалось, в сути эмоций, исходящих от девушки, таилась огненная природа: ярость, жажда крови, злость, агрессия, свирепость… Тогда как телу Пустоты больше по душе более тёмные, мрачные, холодные и острые, как лезвие бритвы. Видимо, сам характер тигрицы не позволяет ей поддаваться отчаянию и мрачному расположению духа. Так что она не подходит для наполнения ядра тьмой. С другой стороны, парень в общем-то и не хотел выкачивать тьму из кошки. Почему-то именно её даже жаль вот так использовать, тогда как Дину, Юнону и Кару он бы помучил с превеликим удовольствием и безо всяких сомнений хоть сейчас!
«Не рычи… Возбуждаешь…» — сказал Кён, тиская Триану за сочную ягодицу.
Тигрица поспешно замолкла: «Скотина… Ты ужасный хозяин… Как ты посмел накачать меня… Оно теперь целую вечность будет выходить…» — на её глаза навернулись слёзы. Как же ноет сердце, болит душа и покалывает внутри. От одной мысли о родном лесе и свободе становилось так горько, что хотелось волком выть. Кажется, человек говорил, что она может заслужить все причитающиеся ей права, если… сможет понравиться ему, завоюет доверие и станет человечнее?.. Но что значит «стать человечнее»? Неужели он действительно хочет, чтобы она окунулась в грязь и пороки с головой?