Светлый фон

«М-м-мр… м-м-м… Мяу…» — что-то мягко пробубнила она сквозь сон.

Кён прислушался.

«Мя… Пю… Два… Чири…»

Впервые она говорит во сне. Как интересно.

Впервые она говорит во сне. Как интересно.

«Два плюс два… Четыре…»

Экзамены, что ли, тревожат? Ну да. У неё с математикой так себе. Учится даже во сне. Какая молодец, надо её за это похвалить завтра.

Экзамены, что ли, тревожат? Ну да. У неё с математикой так себе. Учится даже во сне. Какая молодец, надо её за это похвалить завтра.

«Два плюс два… П… Четыре…»

Кён нахмурил бровь.

«Два плюс два… П… Пять…»

У парня сердце пропустило удар. Табун холодных мурашек пробежался от спины до затылка. Казалось, температура воздуха снизилась градусов на пять. В одно мгновение он ощутил в комнате присутствие альфа-хищницы императорской области. Pанее домашняя прирученная кошка превратилась в самое опасное существо — в предвестника смерти.

«Кровь… Синяя…»

Кён сглотнул. Ему это не снится и не кажется? Триана действительно научилась врать?

«Я… Древний серый волк…»

Лавр судорожно выдохнул, поёжившись: Почему? Я же тщательно фильтровал информацию! Я не обучал её этому! Почему она научилась врать?! От кого?!

Почему? Я же тщательно фильтровал информацию! Я не обучал её этому! Почему она научилась врать?! От кого?!

«Я — волк… Хи-хи…» — пробормотала Триана, по-детски хихикая.

Если она проснётся, то сможет ли обмануть арканум? Определённо! И что тогда со мной будет? Каков шанс того, что она пощадит меня? Того, кому не доверяет, считает омегой, незаслуженно спаривающимся с ней! Двадцать процентов? Десять? А может быть, вообще никаких шансов нет?! Я же не знаю, как она поведёт себя на воле!

Если она проснётся, то сможет ли обмануть арканум? Определённо! И что тогда со мной будет? Каков шанс того, что она пощадит меня? Того, кому не доверяет, считает омегой, незаслуженно спаривающимся с ней! Двадцать процентов? Десять? А может быть, вообще никаких шансов нет?! Я же не знаю, как она поведёт себя на воле!