Кён хотел сказать что-то ещё, но понял, что нечто до сих пор не позволяет ему дышать. Его затрясло от ярости. Как и ожидалось, богиня всё подстроила таким образом, чтобы ученица с большим трудом одолела его, и всё так бы и было, не открой он почти случайно способность «Взгляд повелителя», которая явно не входила в расчёты небесной суки.
Яркие глаза взглянули на Дину, из-за чего та задрожала от страха: «Своим постыдным поражением ты унизила мастера. Отсутствие подобающей твоему статусу уверенности в себе сыграло решающую роль. В качестве наказания ты на пять минут останешься здесь, полностью обессиленной. Прими своё заслуженное наказание.»
Дина поспешно склонилась: «Да, мой великий мастер. Ученица с достоинством принимает ваше наказание. Спасибо за наставления.» — она подняла голову и дрожащим взглядом посмотрела на толстяка. Пять минут в его власти? Это не наказание, а пытка! Но она ни в коем случае не осмелиться жаловаться. Даже себе.
Видение исполинских глаз развеялось. Полупрозрачный защитный барьер утратил свой зеленый оттенок, став полностью прозрачным, как до начала боя. Звук всё так же не проникал внутрь и наружу, зато теперь можно было почувствовать присутствие учеников, как и наоборот.
Лавр покосился на тысячу шокированных учеников и на одну потрясённую тигрицу, и с плотоядной улыбкой на лице повернулся к беззащитной Дине.
«Ч-что ты задумал?!» — испуганно заикаясь, пролепетала ученица богини с бледнеющим лицом, быстро отступая, пока не упёрлась спиной в барьер. Она чувствовала, как её развитие снизилось где-то до области основ, значит, сейчас она беззащитна!
Кён в мгновение ока оказался возле любимой девушки и набросился на неё. Хроническая любовь, можно сказать, взяла его тело под контроль. Если у него есть пять минут, то он воспользуется ими по полной! Нельзя упускать возможность века.
Дина негодующе заверещала: «Не трогай меня своими вонючими лапами, монстр! Не смей!»
Сейчас ученица богини выглядела весьма привлекательно: пропитанный потом тонкий халат прилип к телу красавицы, благодаря чему можно насладиться каждым контуром её гибкого стройного тела; длинные точеные ножки, крепко сомкнутые в предчувствии чего-то страшного; на лице читалась паника, а во влажных глазах — отчаяние и страх;