«Я так соскучился по твоему сладкому женственному телу!» — толстяк схватил девушку за чёрные волосы и прижал её маленькие губки к своим. Её аромат моментально вскружил юноше голову, вызывая ощущение сродни полёту. Ещё две минуты назад он прощался с жизнью, а сейчас смакует вкус ротика любимой. Неожиданно. Тело Пустоты… Надо почаще с ним совещаться.
«М-м-м-м-м-м!» — Дину выворачивало наизнанку от лобызающих её толстых губ урода и его мерзкого языка во рту. Почувствовав, как пальцы-сосиски залезли под юбку и в трусики, а затем коснулись её сокровенного места, она начала неистово извиваться. Проклятый Сруль ласкает её киску! От омерзения нутро норовило вывернуться наизнанку. На глаза навернулись слёзы. А ведь будь она хоть немного увереннее в себе, то не испугалась бы того страшного взгляда на столько! Какая жалость…
По примерным подсчётам Лавра, чтобы вот так трогать киску ученицы богини, необходимо заплатить примерно… бесконечно денег. Да, ни одно живое существо на планете не удостоится такой чести, в том числе он. Просто ему неимоверно повезло, ведь кто как не Сруль в лице заклятого врага может наказать ученицу сильнее за свой проступок?
Задрав подол её халата, Лавр узрел любимые мягкие половые губы, скрывающие волшебную нежную розовую щёлку, о которой любой мужчина может только мечтать. Её хозяйка старалась прикрыть своё влажное сокровище, скрестив гладкие ножки, но это пустая трата времени, ведь её силы подавлены.
«М-м-м-м-м-м!» — поняв, что собирается сделать урод, девушка неистово заизвивалась и замычала. Её глаза наполнились ужасом. Неужели её прямо сейчас, при тысячи свидетелей, изнасилует урод, омерзительнее которого во всём мире не сыскать?! Не об этом она мечтала, став ученицей богини!
Приподняв бывшую высшую служанку за бёдра, Лавр прицельно насадил её на…
Дина осознала суть происходящего чуть ли не на инстинктивном уровне. Её признательность к мастеру возросла на порядок, а взгляд наполнился злорадством: «А что такое? У грязного животного от страха стручок не стоит? Какая жалость! Ты победил меня в бою, но награду забрать духа не хватает! Бесхребетный мусор, отпусти меня, иначе я умру от смеха!» — каждое её слово источало ядовитую насмешку, щедро приправленную презрением.