{Блядь… Блядь! БЛЯДЬ!} — Кён хотел рвать и метать. Теперь он не только не сможет отомстить девушке сполна, лишив развития, но и не получит столь желанное усиление.

Тем временем Юнона всё ещё отходила от резкого проникновения. Ублюдок испортил самый сокровенный момент в её жизни! Не так она представляла свой первый секс, и уж тем более не с «ним»! Лоно сводило судорогой от дискомфорта. Казалось, внутри зажгли целый букет бенгальских огней, и каждая искорка достигала самого сердца.

«М-мудак! Урод! Ненавижу!» — блондинка зарядила мужу пощёчину.

В глазах Кёна заклубилась тьма. Если он не может отнять у Юноны развитие, как планировалось изначально, то что остаётся? Только выкачивать тьму… Хоть что-то…

Лавр мрачно вздохнул и перехватил вторую пощёчину на лету: «Если кто кого и будет шлёпать, то только я тебя! А теперь живо двигайся так, будто от этого зависит твоя жизнь!»

«Да пошёл ты!» — огрызнулась блондинка, но всё же села мужу на пах. Боль от разрыва плевы и дискомфорт от растяжения влагалища до странного быстро прошли. Лицо девушки разгладилось, и она смогла заставить себя плавно двигать тазом, аккуратно насаживаясь киской на омерзительно горячее достоинство парня.

Кён не сдержал блаженного стона. Как же давно он хотел трахнуть в наказание эту золотоволосую красавицу! Однако так просто она не отделается. Её участь должна быть даже хуже, чем у Кары, которую изнасиловал Сруль.

Лавр резким движением порвал бюст платья вместе с лифчиком, оголив небольшие, но крайне соблазнительные груди блондинки. Глаза не могли нарадоваться открывшемуся зрелищу её потрясающей стройной фигурки.

«Ты что творишь?!» — вспыхнула Юнона, поспешно прикрыв груди.

«Тебя это не касается.»

«В смысле не касается?! Эй, урод, ты куда руки тянешь?! Н-не смей… Ха-аа-а-а-а-а-аах!» — девушка протяжно простонала: мерзавец просунул ладони под её руки и грубо сжал чувствительные холмики. Она попыталась скинуть их, но ей недоставало сил.

«Мне можно.» — усмехнулся парень.

«Сволочь… Убила бы…» — брезгливо морщась от липких прикосновений партнера, Юнона думала, что же ей делать. Дать бой? Нельзя портить брачную ночь. Ладно, чёрт с ним, пускай лапает, главное, чтобы весь этот кошмар поскорее закончился.

Когда бывшая Стоун прекратила защищать свои груди, Кён смог спокойно насладиться их нежностью и упругостью. Сосочки быстро затвердели, а ладони пощипывало от тактильного удовольствия. Но что важнее: в этот момент сладенькая тугая киска ласкала член. Любой мужчина, в том числе Рома, кончил бы за считанные секунды от подобных игр с первоклассной красоткой, сидящей сверху.