«Так, Юнона, ты что, отказываешься раздеваться в брачную ночь?» — посерьёзнел Кён.

«Ну я же не сказала «нет»! Для начала покажи свою боеготовность, а потом я разденусь. Почему ты так оттягиваешь это дело? Тебе же всего лишь нужно возбудиться. Для вас, парней, это легче лёгкого. Многие, с кем я сражалась, мгновенно возбуждались, а ты, значит, не можешь?» — тонкие брови Юноны поползли вверх, когда она прикрыла маленький ротик ладошкой, в притворном ужасе воскликнув. — «Ох, не может быть, неужели мой муж импотент?!» — и вдруг нахмурилась. — «А может, тебе больше по душе мальчики?.. Я и не знала, что ты такой…» — её ядовитые слова смачно приправляла ироническая усмешка, а её игры бровями казались неимоверно обаятельными. Любой парень пристыженно покраснел бы.

Кён же с трудом сдерживал смех. Тьма требовала незамедлительно действовать, но парень знал план девушки, поэтому смог убедить тёмную душу не торопить события, а растянуть удовольствие для наилучшего итогового результата: «Куколка, скажу по секрету: нас записывают формации. Если ты откажешься раздеваться по моей просьбе, то брачная ночь не состоится, а значит, Токеновый контракт не будет считаться исполненным. Ты же не хочешь проблем для себя и своей семьи? Так что снимай вещички.»

«Нас что, записывают?!» — артистично возмутилась Юнона, вскочив и заозиравшись, затем обвинительно указала на мужа пальцем. — «То есть ты, придурок такой, хочешь сказать, что я должна обнажиться, а потом заниматься этим с тобой на запись?! Ты же потом покажешь это кому-то! Или ещё хуже: будешь смотреть сам!»

Девушка несколько переборщила с актёрской игрой. Любой опытный манипулятор сразу бы раскусил её замысел: выставить своего мужа виноватым, чтобы сыграть на этом. А ещё более опытный понял бы, что она изначально знала про спрятанные нефриты.

Кён на театр одного актёра не повёлся и со зловещей улыбкой парировал: «За такой хитрожопой дрянью нужен глаз да глаз. Попытаешься обдурить меня — сдам властям! Раздевайся давай.»

Теперь Юнона возмутилась по-настоящему, но крыть ей было нечем. Девушке показалось странным, что Рома ведёт себя так спокойно и сдержанно. Совсем не тот, что прежде. Будто повзрослел внезапно, но такого ведь быть не может!

Поколебавшись, блондинка сдалась: «Ладно! Я слегка разденусь, потому что ты так настаиваешь, но если ты не возбудишься, то забудь о большем! Ладно?»

«Ладно-ладно. Быстрее уже.» — поторапливал её Лавр.

Юнона несмело подняла стройную ножку, обёрнутую в полупрозрачный белый чулок, и приподняла подол платья достаточно высоко, чтобы было видно её упругие бёдра. У Любого мужчины от такого вида участилось бы сердцебиение…