– Все это не годится, совершенно, – резюмировал Сталин. – Вы отвратительно продумали операцию. По применяемому боеприпасу сразу становится понятно, это – заводская работа, которую в армии США никто не выполнял, и что удар наносился с воздуха. А требуется представить его так, как будто бы он производился с земли. Никаких парашютов и никаких «суббоеприпасов» быть не должно. Только катушки и лента. Все остальное должно остаться в самолете. Где Сакриер?

– В соседнем ангаре готовит боеприпас для тренировки личного состава.

– Зовите сюда!

Подошел Сакриер, доложился, выслушал Сталина, который после этого развернулся и, очень недовольный, уехал в Кремль. А мы уселись и стали думать, что делать, как избавиться от контейнера, который так не понравился Сталину.

– Способов, собственно, два. Но требуется снизить скорость и высоту.

– До каких пределов?

– Где-то метров 500 по высоте и 250–300 километров в час. Это в одном случае, но шансов попасть довольно мало, ведь погодные условия нам не известны. В этом случае выбрасывается распущенная лента, стянутая легкоплавкой лентой с химическим нагревателем в пук. Как сено упаковывают в новых комбайнах.

Сакриер тут же посадил кого-то делать такой «пучок». Ближе к вечеру его испытали, работать он, естественно, отказался. Лента категорически лететь вниз отказалась. Куда угодно по ветру, только не вниз. Собственного веса не хватало.

– Без парашютов не обойтись, как и без груза.

Попробовали заменить CBU-1A на мину от М2, 60-мм миномета, а к хвостовой части прикрепить флажный парашют, а ленту запихнуть в тело довольно длинной мины, в хвостовой части которой расположили химический вышибной заряд. Скорость падения оказалась слишком велика, пучок собираться не «захотел».

На второй день нашли еще одно решение… Простое, как три рубля. Было даже смешно смотреть на эту «коньструкцию». Выручила нас фирма «Hormel Foods», производитель консервов «Spam», ветчины со специями в прямоугольных баночках, верхняя крышка которых припаивалась к корпусу и открывалась не ножом, а специальным ключом, закрепленном прямо на крышке. Путем прокатки можно было легко соединить две открытые банки в одну. Они и заменили CBU-1A в контейнере. И снова ничего не получилось. Тогда заменили контейнер на штатный американский для авиабомб AN-M-40, в который можно было упаковать и стянуть лентой четыре пакета стандартных парашютных осколочных бомб. Извлекли оттуда взрыватели, свернутую ленту с готовыми элементами, по весу получилось точно попасть в наш стандартный боеприпас. Раскрытие парашюта выбрасывало катушку из корпуса. Произвели сброс, анероиды срабатывают очень точно по высоте, контейнер отлично вращается. Единственное, что жалко, что сами передаем в руки американцев готовый боеприпас. Поэтому упорно продолжали работать с теми самыми «тюками с сеном», которые предложил Сакриер первыми. Несколько грузиков и уложенный сбоку парашютик решили проблему с падением. Предложенный сразу термохимический замок заменили на анероид американского контейнера, что позволило раскрывать «тюк с сеном» на высоте 50 метров. Тем самым решая проблему сноса по ветру. Но лететь решили, имея на борту и восемь «тюков», и один «нормальный», принятый на вооружение, контейнер, вместо трех по первоначальному плану. Теперь уже сами вызвали Сталина. «Тюки» он одобрил, но приказал не использовать материал с тиснением.