— А я ведь и для вас с ней засаду планировал. После свадьбы, по дороге в Дальбрек. Все списали бы на разбойничий налет.

Его глаза надменно полыхнули.

— Вами ведь что-то движет, так почему мной не может? Мы все чего-то хотим, и всем опротивело ждать! Я вот решил, что хватит. Наждался.

— Чокнутый, — пробормотал Свен, придерживая мой кулак. — Довольно!

Он вывел меня и захлопнул дверь камеры, затем дал отвлечься: напомнил, что мне еще надо поговорить с Лией.

Я возвращался в покои, которые мне приготовила леди Клорис, тётя Лии. До сих пор чувствую себя в них захватчиком. Не должно мне ночевать в комнате, которую брат Лии делил со своей невестой Гретой. Большую часть их вещей давно убрали, но глубине шкафа я нашёл пару женских лайковых перчаток, а на столике — две изящные шпильки с жемчужинками. Всего раз глянув на огромную кровать с балдахином, понял, что лучше прикорну на кушетке рядом. Я бы вообще разместился на скатке в Большом зале, бок о бок со своими солдатами, но леди Клорис настояла. Обижать ее не хотелось.

Распахнув дверь, я сразу увидел Оррина поперек моей кровати: рот открыт, ноги свисают с края. На кушетке растянулся Джеб, аккуратно сложив руки на животе. Они всю ночь то стояли в карауле, то распределяли солдат на посты. Пока не отловим всех венданцев среди замковой гвардии, пленных будут стеречь наши.

Свен ел мясной пирог за столом и просматривал документы из кабинета вице-регента. Тавиш сидел напротив, с ногами на столе, и помогал с бумагами.

— Нашли что-нибудь? — заговорил я.

— Полезного — нет, — ответил Свен. — Умен, зараза. Замел следы.

Я заглотил вареное яйцо с тарелки и запил молоком.

— Ты ей сказал? — спросил Тавиш.

Джеб и Оррин открыли глаза и слушали.

Я кивнул.

— Молодец, правильно, — похвалил Свен. — Хорошо, что от тебя услышала, а не от кого попало в неподходящий момент.

— Момент-то неподходящий. — Я недоверчиво глянул на него. — Она хочет сегодня обратиться к совету.