Светлый фон

Погрузка продолжалась, воины ступали на борт кораблей, грузчики таскали снаряжение, амуницию и кучу каких-то ящиков разных цветов. На одном из них я даже прочитал название — Взрывные Кристаллы. Судя по памяти стражников, это местные бомбы.

Сам корабль представлял собой великолепнее военной мысли этого мира. Десятки пушек, вышколенные матросы, которые безукоризненно выполняли команды старпома — лысого мужика суровой наружности.

Мне выделили отдельную каюту, а остальных, за исключением Ведьмачей, распределили в своеобразных кубриках или как там называется жилой отсек на корабле? Хрен знает, я не моряк.

Стоило мне оказаться в каюте, представляющей собой небольшую комнатушку с санузлом и другими причудами, я упал на кровать и всмотрелся в деревянный потолок.

— Рааст, — тихо обратился я к Владыке Пожирателей.

«Что?» — сухо откинулся он.

Что?

— Я не знаю, какую игру ты ведешь, — продолжил я говорить, вываливая всё, что накопилось. — Но если ты решишь меня подставить, я на говно изойдусь, душу богам продам, но постараюсь отомстить тебе.

Нелепые и пафосные слова, звучавшие из уст того, кто совсем недавно был обычным человеком, но мне хотелось сказать именно их. Я мог сформулировать иначе, но краткость — сестра таланта, поэтому пошёл лёгким путём.

«Вновь угрожаешь мне?» — рыкнул он.

Вновь угрожаешь мне?

— Не угрожаю, а констатирую факт, — вздохнул я и принял сидячее положение на кровати. И в следующий миг сделал то, чему никогда не придавал значения, хоть когда-то и говорил одному богу. — Мать Бездна и Отец Хаос свидетели моим словам и моей клятве…

Мать Бездна и Отец Хаос свидетели моим словам и моей клятве…

Стоило словам сорваться с губ, как комната, в которую проникали лучи солнце, погрузилась в лёгкий мрак. Волосы на загривке зашевелились, а душа ушла в пятки от чувства, будто кто-то посмотрел на меня внимательным и тяжёлым взглядом.

«Д̔̓͒Ӓ́̐̽ Б̿́̽У̓̽͆Д͋̓̕Е͐͘͘Т͛̿͝ Т́̕͠А̿͆̕К͑͑̐!͐̕ Б̀̈́̕Е͋͊Ӟ́͑̽Д̿̿͝Н̔͒́А͛͊̐ С̿͐͘В̿͊͒И͆̈́̐Д̈́͑͘Ѐ͝͠Т̈́͌̒Е͑̐̚Л͑̓Ь̒͛͠ Т͌̾̀В̾̀̽Ӧ́͝͝Ё́͝Й͑̿̚ К̾̀̾Л͛͘͝Я͆̓Т͆͒̒В̓́̚Ӹ́̿͆!̓̓͐» — раздался в голове грудной женский голос, от которого комната погрузилась в ещё больший мрак.

Д̔̓͒Ӓ́̐̽ Б̿́̽У̓̽͆Д͋̓̕Е͐͘͘Т͛̿͝ Т́̕͠А̿͆̕К͑͑̐!͐̕ Б̀̈́̕Е͋͊Ӟ́͑̽Д̿̿͝Н̔͒́А͛͊̐ С̿͐͘В̿͊͒И͆̈́̐Д̈́͑͘Ѐ͝͠Т̈́͌̒Е͑̐̚Л͑̓Ь̒͛͠ Т͌̾̀В̾̀̽Ӧ́͝͝Ё́͝Й͑̿̚ К̾̀̾Л͛͘͝Я͆̓Т͆͒̒В̓́̚Ӹ́̿͆!̓̓͐ Д̔̓͒Ӓ́̐̽ Б̿́̽У̓̽͆Д͋̓̕Е͐͘͘Т͛̿͝ Т́̕͠А̿͆̕К͑͑̐!͐̕ Б̀̈́̕Е͋͊Ӟ́͑̽Д̿̿͝Н̔͒́А͛͊̐ С̿͐͘В̿͊͒И͆̈́̐Д̈́͑͘Ѐ͝͠Т̈́͌̒Е͑̐̚Л͑̓Ь̒͛͠ Т͌̾̀В̾̀̽Ӧ́͝͝Ё́͝Й͑̿̚ К̾̀̾Л͛͘͝Я͆̓Т͆͒̒В̓́̚Ӹ́̿͆!̓̓͐

И следующую секунду всё прекратилось, а я осознал, что сижу полностью вспотевший и смотрю на стену потерянным взглядом.