И узнала Камира того беглеца,

Что бежал со столицы, из Ада дворца.

«Та святая душа! Не забыть мне вовек,

Как явился на суд сей седой человек,

Он был признан святым, но того не желал,

Вновь явился на суд, его взор воспылал.

Там, средь Башни, обители судей-богов,

За сто лет не бывало столь искренних слов,

Он хотел вечно жить средь обычных людей,

Всех святых и богов человек тот мудрей.

Его чистое слово цвело на устах

И превысило божье на Правды весах».

Память правды богиню улыбкой зажгла,

Лайонель возвратится — Камира ждала.

А святой на свободу нашел верный путь,

Чтоб к небесным высотам с земли сигануть,