Третий всадник, Чума, продолжал свой террор,

Где рукой он взмахнет, там посеет свой мор,

Поражал он солдат и редил их ряды,

Усмехаясь под светом асурской звезды.

Почерневшие трупы на поле лежат,

Заражает собратьев упавший собрат,

От болезней спасения в битве той нет,

Гибель в муках — врагам от убийцы завет.

В красной тоге Война и в кольчуге златой

Мчится к ангельской силе в отчаянный бой,

Но лишь стоит взглянуть — как скрестились мечи,

Так героев сердца и умы горячи.

Зарождала Война в душах неба раздор,

Разжигая смертельный бессмысленный спор.

Брат бездумно сразил своим лезвием брата,

Так друг друга рубили святые солдаты.