— Нет, сэр.

— Гифорт сейчас, вероятно, внизу, на пристани, — сказал Маркус. — Идем. По пути кого-нибудь отправим за ним.

* * *

В казематах было все так же сыро, но теперь, когда в камеры принесли столешницы из главного зала, заключенным по крайней мере было где сидеть. Коридоры по-прежнему охранялись солдатами Конкордата, за самими камерами присматривали жандармы, и это заметно приободрило узников. Во многих камерах двери, под бдительным оком охранника, были открыты, и Маркус заметил пляшущие отсветы пламени: заключенные, тесно сбившись, грелись у огня.

— Сюда, сэр. — Сержант указал на камеру в самом конце коридора. Дверь ее была закрыта, рядом стояли двое охранников с мушкетами. При виде Маркуса они дружно откозыряли, затем один отпер ключом дверь и отступил в сторону.

— Наконец-то! — едва Маркус распахнул дверь, прозвенел девичий голос. — Я уже…

Он шагнул через порог, и звонкий голос осекся. В свете одинокого факела, что горел в кронштейне на стене, Маркус разглядел девушку лет восемнадцати, с каштановыми, изрядно спутанными кудрями и россыпью веснушек на юном лице. Она стояла между дверью и прочими узницами, которые тесно прижались друг к другу в темном углу камеры.

— Вы не мой… то есть вы не вице-капитан Гифорт, — проговорила она.

— Мое имя — Маркус Д’Ивуар, — отозвался он, — и я — капитан жандармерии. Все, что вы хотели бы сказать вице-капитану, можно изложить мне.

— Но… — Девушка оборвала себя, смолкла, сжав губы.

— Почему бы вам для начала не представиться?

— Абигайль, — сказала девушка. — Все зовут меня Абби.

И вскинула голову, явно придя к какому-то решению:

— Послушайте. Людьми, которые вас осаждают, командует Джейн, так ведь?

— Не знаю, есть ли у них вообще командир. Тот, с кем я перекрикивался, был какой-то здоровяк исполинского роста. — Маркус нахмурился. — А вы весьма недурно осведомлены для арестанта, запертого в камере без окон.

За спиной у него смущенно кашлянули.

— Виноват, сэр, — сказал сержант. — Это наши парни распустили язык. Можно даже сказать, повздорили. Сами не заметили, как повысили голос. Заключенные могли их услышать.

— Этого исполина зовут Орех, — пояснила Абби. — Если он здесь, то и Джейн, стало быть, тоже. Чокнутая Джейн — вы наверняка о ней слышали.

Маркус пожал плечами и оглянулся на сержанта.

Тот кивнул.