Берег.

Сильно не хватало какой-нибудь одежды. Её пижама была явно непредназначена для подобного рода приключений. Утренние переползания, сырость, не лучшим образом сказались на ней, и девушка всерьез опасалась, что еще немного и та просто расползется по швам. Кроме того, пижама очень сильно была заляпана грязью, но мысль как-то её постирать, Оксана Сергеевна отогнала. И дело даже не в том, что под пижамой Оксаны была только сама Оксана, а в том, что высушить мокрую пижаму все равно было негде. Не на себе же ее было сушить, в самом-то деле. Развести костер? Как? Это для любого из шкиперского отряда было детской задачкой, но для неё не разрешимой проблемой. Она конечно слышала, что с помощью камня и куска металла можно как-то высечь искру, но вопрос-какого камня? И что делать дальше, даже если с искрой получится? Вокруг все сырое. Оксана доковыляла до берега, поэкспериментировала с камнями, но все было без толку. Серьезные опасения вызывало состояние Шкипа. Его лицо осунулось еще больше, сам он был очень холодным, и девушка всерьез опасалась, что холод его добьет. Выход был только один: тщательно ощупав грудную клетку Шкипа, нет ли переломов ребер, она улеглась на него, стараясь греть своим телом и дыханием.

Водопад.

Сталь молча стояла на самом краю скалы перед обрывом, ветер трепал ее, стального оттенка, волосы. Справа шумел водопад, тонны воды ежеминутно сбрасывались вниз с двадцатипятиметровой высоты, разбиваясь миллиардами брызг. Внизу поток разбивался на пять рукавов и уносился вдаль. Сзади тихо подошел Грэй.

— Сталь, спуск есть. Сложный, кривой, но есть. Байды и снаряжение спустить сможем.

— Тогда начинайте, не будем терять время.

— Принято.

Грэй уже собрался было уходить, но в последний момент задержался.

— Как думаешь, они живы? — спросил он.

Сталь промолчала, даже не повернув к нему голову. Не дождавшись ответа, Грэй ушел.

Берег.

Весь день прошел для Оксаны Сергеевна как в бреду, обрывками. Местами она даже не понимала, где явь, а где бред. Несколько раз ей мерещились голоса, оказавшиеся в итоге миражами. Тело сводило судорогой из-за сырости и ветра. Волнами накатывался жар, который сменялся ознобом. Долгое время в реальности ее удерживали переживания за Шкипа. Она даже пыталась с ним разговаривать, или же ей казалось, что она с ним разговаривает:

— Знаешь, Шкип, а ведь я влюбилась тебя по уши, как дурочка. Скажи кто, сама бы не поверила. Первые дни так вообще — тебя придушить хотелось, а видишь, как вышло. — ее рука осторожно погладила Шкипа по щеке, — У меня же и не было до тебя никого, представляешь. Не, мальчики конечно были, но, что-то это было не то. Да и исчезали они очень быстро. А самое главное- я теперь не представляю, как без тебя жить. И, я обязательно буду тебя ждать, если ты решишь приехать, и мы обязательно поговорим…Я даже тебе стихи написала, хочешь прочту? Сто лет уже не писала, а тот само как-то вышло.