Больной ублюдок
Больной ублюдокбудущее совершенство.
Все отвлеклись на него. Этот смех был каким то ненормальным. Саша вспоминалась та ночь в тюрьме когда Лев говорил сам с собой. Теперь он точно считал Льва поехавшим на нервной почве. В тот момент так подумали многие… "Бедняжка Лев, совсем сбрендил от горя". Лев видел все их морды и по ним это прочёл. От этого ему стало ещё смешнее. Солдат сзади постучал ему прикладом по затылку и попросил заткнуться. Будто он его послушает.
— А то, хахахах… То что, ахахахахах… Пристрелишь? — сквозь смех спросил он продолжая смеяться. В боках закололо. — Не могу… Как же всё это весело. Хахахаха
Кёниг знал, что у многих защитная реакция бывает в виде смеха. Частенько бывало, что некоторые уже сломанные внутри начинали истерически смеяться перед лицом смерти, но в этом смехе не было истерики. Он был весёлый. Слишком. Кёниг подошёл к нему. Сел на корточки и врезал стальным протезом по челюсти. Кажется зуб где то треснул. Спина тоже отдалась тупой болью. Рыжему очень хотелось выпить. Лев перестал смеяться.
— Спасибо… — отблагодарил он Кёнига. — Не хотел умереть во время смеха.
— А ты мне нравишься. — отозвался Кёниг. — Смеёшься так радостно, когда в твоего сослуживца хотят пристрелить.
Кёниг вопреки морали не осуждал Льва. Он звучал вполне себе одобряющим и даже дружеским. Он смотрел своим смеющимися и глумящимися глазенками прямо на Льва. Победоносно даже. Тот ответил такой же улыбкой. Его спина разболелась, после падения вновь и это было весьма сложно. Но он все равно улыбался. А потом Кёниг смотрел начал смотреть вглубь, прямо в зрачок. Бездонная темнота окутала его и он будто выпал из пространство. Там было холодно и сыро. Неуютно как в подвале заброшенного особняка. Он чувствовал даже какой-то запах. Там было что то страшное, что то страшнее этого рыжего весельчака. Там был не он. Он закрыл глаза и отвернулся. Лев лишь захихикал, как отбитый на голову.
"Хоть какой то от тебя прок".
"Я вообще спать тогда не буду"
— Почему бы нет? — наконец-то отозвался Лев. Ответ был на оба вопроса. — Я плакать не обязан. Это лишь устои, которые начались ещё в первобытное время, а возможно и до. Время идёт вперёд улучшаясь, лишь антропоморфы деградируют. Они накручивают на себя лишь тонны сложных сустав и эмоций которые на самом деле не нужны. Они тормозят их. Технологии идут. Полижавт дал толчок. Если бы какой-то кошачий учёный не придумал связку механизмов, вы бы сейчас не сидели передо мной, вы бы стали уборщиком, как я до войны и это в лучшем случае, а в худшем просили милостыню о проходящих. Ненавижу попрошаек. — на секунду отвлекся Лев. Кёниг слушал его внимательно, не шевеля даже бровью. Пытается показать, что я ему безразличен этим. Но это был дохлый номер. — Это ещё одна причина, почему усложнение делает зачастую хуже. Оно даёт таким слабакам как вы, второй шанс. Облегчает жизнь.