— Так зачем они вступали в Легион, Уоррен?

— Чтобы... забыть,— раздражительно ответил Пис.— Это общеизвестно, но я не вижу...

— А в наше время, Уоррен, в наше время, что толкает людей в Космический Легион?

— То же самое! Но мне-то нечего забывать!

— Верно, нечего!— довольный, что ему удалось довести свою мысль до собеседника, сказал капитан.— Ты уже забыл!

У Писа отвисла челюсть.

— Но это же бессмыслица! ЧТО я забыл?

— Если я скажу тебе, то все испорчу,— рассудительно ответил капитан.— К тому же, я просто-напросто не знаю, что было у тебя на уме, когда ты явился сюда полчаса назад. Легион не лезет в частную жизнь своих людей. Мы не задаем вопросов, мы просто цепляем тебя к машине и... трах!., все ушло в прошлое!

— Трах?

— Ага, трах! И непосильного груза как не бывало! Никакого чувства вины, никакого стыда!

— Я...— Пис пошарил в глубинах памяти и обнаружил, что не помнит, как явился на призывной пункт. Хуже того, он не помнил вообще ничего о своей прошлой жизни! Как будто его создали в операционной всего несколько минут назад!

— Что вы со мной сделали?— пробормотал он, ощупывая кончиками пальцев голову, Словно она была воздушным шариком, готовым лопнуть при неосторожном прикосновении.— Я ничего не помню! Где я жил? Что делал? Ничего не...

Виджет недоуменно поднял брови.

— Странно... Мы привыкли, что машина стирает из памяти последний день, от силы два... а потом убирает только специфические воспоминания... Должно быть, ты крепкий орешек, если не помнишь НИЧЕГО!

Значит... все, что ты делал в жизни — преступление!

— Ужасно!— прохрипел Пис.— Я не помню даже... как ее... свою мать!

— Вот это уже лучше,— сказал Виджет и откинулся на спинку кресла. Непонятно откуда в его пухлом лице появились черточки твердости и решительности.

— Знаешь, Уоррен, когда мне приходится обрабатывать в этом кабинете вполне приличных парней, совершивших в жизни одну единственную ошибку, мне становится как-то не по себе. Но с тобой все по-другому, не иначе ты был настоящим чудовищем... Но вдумайся только — тебе не придется смывать вину долгими годами тяжкого солдатского труда. Порадуйся тому, что теперь мы способны лишить человека памяти с помощью электроники, а Легион готов раскрыть тебе свои объятия...

— Довольно!— рыкнул на него Пис, обуреваемый страхом и желанием найти такое тихое местечко, где он может заставить свой мозг мыслить рационально. Он поднялся.

— Мне пора идти.