Приняв такое решение. Пис зашагал на юг, миновал переулок и увидел кинотеатр всего в сотне шагов. Изумленно моргая и удивляясь тому, что он нашел его так быстро и безошибочно. Пис впервые за день почувствовал проблески надежды. Ведь если он знал Точдаун-сити в прошлой жизни, пребывание в нем могло раздуть тлеющий в глубине подсознания огонек воспоминаний. Приободрившись, он подошел к кинотеатру и принялся изучать расписание сеансов в поисках хоть какого-нибудь упоминания о цене билета. В конце концов он нашел на это. Билет стоил именно десятку, но вся остальная информация показалась ему туманной и противоречивой. Один плакат, например, гласил:

СЕМЕЙНОЕ ШОУ БУЙНЫЕ ДЕВСТВЕННИЦЫ только для взрослых ФУФЛО В РАДУЖНОЙ СТРАНЕ желанный подарок детишкам

СЕМЕЙНОЕ ШОУ

БУЙНЫЕ ДЕВСТВЕННИЦЫ

только для взрослых

ФУФЛО В РАДУЖНОЙ СТРАНЕ

желанный подарок детишкам

По виду здания нельзя было сказать, что оно способно вмещать две столь разные аудитории одновременно, однако все плакаты извещали именно о семейных увеселениях. Пис все еще недоуменно жмурился на яркие буквы объявлений, когда к нему подошел ангельского вида голубоглазый мальчишечка лет двенадцати. Одет он был в модного цвета рубашечку и короткие штанишки, блистал чистотой и создавал впечатление, что взрастили его заботливо и в весьма приличном окружении. Родительские чувства, которые возбудил в Писе вид околачивающегося близ сомнительного заведения отрока, оттеснили собственные его заботы на второй план.

— Скоро стемнеет,— сказал Пис и отечески улыбнулся.— Беги домой к мамочке.

— А почему бы тебе,— ответил ангелочек,— не заткнуть свое вонючее хлебало и не перестать совать вонючий нос в чужие дела?

У Писа отвисла челюсть.— Кто научил тебя таким словам, детка?

— А кто просил тебя приставать ко мне?

Мальчишка оценивающее оглядел Писа с ног до головы, и выражение его лица слегка изменилось,

— Хочешь заработать полсотни?

— Не дерзи старшим,— только и мог вымолвить ошарашенный Пис.

— На полсотни можно купить пару ботинок, и все, что тебе нужно сделать — зайти со мной в кино.

— Ты — отвратительный маленький негодяй, и я никогда...

Пис оглянулся, и язык его прилип к небу — вдоль тротуара медленно и угрожающе крейсировал полицейский автомобиль.