— Ну, и что ты сделал?— боязливо спросил Пис, вспомнив прежние сексуальные страхи.

— А что мне было делать? Я схватил этого ублюдка за ухо и сказал, что отведу его прямо к родителям!

— Отлично!— воскликнул Пис, физически ощущая, как сваливается с его совести тяжелый груз.— Ты поступил совершенно правильно!

— Я тоже так думал, но этот грязный поросенок устроил чудовищный скандал.

При воспоминании об этом инциденте лицо Нормана перекосила гримаса отвращения.

— Поверишь ли, он кричал, будто я лезу к нему с грязными предложениями!

— Боже мой!

— Клянусь, это правда. Он совершенно точно знал, что говорить — наверное, не первый раз этим занимался! Выскочила директриса, накричала на меня, а потом свистнула в какой-то свисток... Я и так уже числился в розыске и решил убираться подобру-поздорову. Я вырвался, побежал... и тут, откуда ни возьмись, эти проклятые оскары! Двое уже тянули ко мне лапы, и я спасся, только тем, что нырнул в какую-то аллею.

Колючие волны одна за другой омывали мозг Писа.

— И как же тебе удалось...

— Вот это уже чистая фантастика! Я всегда думал, что бегаю быстро, но оскары поймали бы меня как миленького, не заметь я дверь в старом здании какой-то фабрики. Внутри было темно, я взлетел по лестнице, не зная, куда бегу, попал в туалет, споткнулся, упал на унитаз и... ни за что не догадаешься, что случилось потом!

— Ты отправился назад во...— Пис, которого целиком захватила история Нормана, оборвал себя, не дав вырваться злополучному слову.

Все же Норман что-то заподозрил.

— Что ты сказал?

— Ты упал назад. На стену.

— Ничего подобного,— воскликнул Норман, раздраженный тем, что его рассказ прервали на самом интересном месте.— Ты будешь слушать или нет?

— Обязательно. Прости.

— Ладно, только больше не встревай!

— Обещаю!

— Так вот, я говорил, что ты ни за что не догадаешься, что случилось потом.