— Нормальное представление получилось, — вышли мы с Эл на улицу с колодой карт в руках, — куда теперь двинем?

Несколько хронов спустя нам пришлось одолжить большой мешок у одного из трактирщиков, потому что все награды, которые Эл выстреляла, отбила, перехватила и опередила, просто не размещались в четырех руках. На улице давно стемнело, но звезды никак не появлялись из-за бесконечного количества света, окружающего наполненный весельем курган. Честно говоря, я немного подустал от конкурсов, поэтому заприметив невысокие трибуны на самой окраине парка, потащил свою счастливую подружку туда. Они не были заполонены даже до середины, так как вместо концерта или очередного реалити-шоу, внизу выступал одинокий фокусник. А его единственными зрителями были верящие в волшебство дети, и с завистью смотрящие в сторону веселья их родители и старшие братья, сестры.

Плюхнувшись в кресло, стоявшее в середине ряда, располагавшегося немного выше основной массы наблюдающих, я растянул ноги и выдохнул давно рвущееся наружу «фууууу».

— «Устал?» — сразу обеспокоенно уставилась на меня Эл.

— Нееет (это ложь, классика) — протянул я в ответ. Даже не знаю. Несмотря на то, что общая атмосфера подталкивала к веселью, которое заразило мою спутницу с первых мик нахождения в парке, меня все равно одолевало сомнение. Что не так? Почему я никак не могу расслабиться и влиться в общий поток?

Девушка с сомнением посмотрела на притворяющегося напарника, а затем положила голову ему плечо.

Грех не воспользоваться моментом, поэтому я сразу же уткнулся носом в пшеничную макушку. И хотя лица я не видел, ее улыбку почувствовал буквально носом.

— Чего смеешься? — спросил я, медленно выпуская воздух из легких.

— «Ты не требовательный. Чтобы сделать тебя счастливым, не нужно строить большой парк», — написала она.

— Я верю, что все для полноценного счастья людям дается с рождения и технологический прогресс тут не причем. Знаешь, ты ведь могла сказать один раз каждые двадцать циклов. Это ведь тоже правда. И мне, между прочим, нравится много частей в твоем теле, — щипнул я ее за бок.

— «Правда? Какие?» — тут же обернулась она.

— Хмм… глаза, например. У тебя очень ясные глаза, всегда отражающие истинное настроение. Руки, теплые и мягкие. Почему у меня-то не такие? — разочарованно покрутил я ладонью перед носом.

— «Половая разница опять?» — подергала она кончик моего указательного пальца.

— Ох, да, как такое вообще возможно? Как обычная хрупкая женская рука может поднять огромный камень? — плавно вытянул я тоненькую руку биороида перед собой, осматривая на предмет скрытых возможностей, но таковых не обнаружилось.