— После воздушных скатов меня сложно чем-то удивить, — честно призналась я.

— Час подходящий. Они изредка подходят к полису на рассвете. Пойдем, — принц взял меня за руку и повел за собой, так и не дождавшись ответа.

У него была широкая и теплая ладонь. Твердая рука и железная хватка. Я бы могла опираться за такую всю жизнь.

Сможет ли Астарт относиться ко мне так же, узнав, что я совершила за эти сутки?

Страшный, пугающий вопрос, на который у меня не было ответа. Я уже не знала, что ждет меня дальше. Я боялась думать о том, во что превратилась сама после этой ночи.

А потому просто шла за Кирионом.

Я думала, железный принц приведет меня на очередную смотровую площадку, но нет. Мы поднялись на какую-то башню, предварительно сорвав навесной артефакторский замок.

— Нам не влетит? — с сомнением спросила я.

— Это здание принадлежит Иштар. Не думаю, что она будет в претензии.

— Как ты догадался?

— Если ты думаешь, что все это время я праздно шатался по городу, время от времени приятно проводя с тобой вечера, то я готов оскорбиться.

У меня не было особых сил тащиться под самую крышу, но Кирион торопил, говоря, что пропустим самое интересное. Наверное, раньше это была какая-нибудь опорная или защитная башня — следы пребывания военной техники остались даже несмотря на длительное пользование помещением контрабандистами.

С плоской крыши открывался и правда впечатляющий вид. С одной стороны — город в утренней дымке. С другой — бескрайнее небо с пушистыми облаками.

Я села боком на парапет и прикрыла глаза, наслаждаясь свежим ветерком.

— Ты мне жизнь спасла. А я тебя так и не поблагодарил, — внезапно сказал Кирион.

— Ничего, еще представится случай, — ответила я, не открывая глаз.

— Я сейчас отбываю в мир Железа. Если Иштар права, моя сестра в большой опасности.

Я посмотрела на встревоженного принца и понимающе кивнула.

— Ну ничего. Сочтемся. Кстати, — похлопала себя по карманам и вынула огниво, которое носила при себе и никак не могла отдать. — Я починила.

Кирион забрал огниво, щелкнул, проверяя работу, и как-то слишком уж долго смотрел на язычок черного с золотым отливом пламени. Я даже заволновалась, не нарушила ли какие-нибудь нормы железного этикета. Но принц погасил огниво, убрал во внутренний карман, а затем взял мою ладонь в свою руку и произнес: