— Прекрати скулить без причины! — скомандовал мужлан. — А не то она у тебя появится, — волосатая рука сжалась в кулак, мальчик всхлипнул и, съежившись, подавил плач.

Воительница пробормотала проклятие и сунула Габриэль поводья. Девушка настолько сосредоточилась на отвратительной сцене, что Зене пришлось самой вложить кожаные ремни в ее руки. Дотронувшись пальцем до носа Габриэль, воительница приказала:

— Жди здесь и ничего не предпринимай! Я скоро вернусь.

Она прошла через опустевшую площадь и, встав за спиной мужчины, похлопала его по плечу. Тот повернулся к ней. Приподняв бровь, Зена равнодушно смотрела на негодяя. Молчание затянулось. Наконец мужлан фыркнул и снова сосредоточился на своей жертве. Его остановил обманчиво мягкий голос воительницы:

— На твоем месте я бы отошла от ребенка.

— Прочь отсюда, ты, потаскушка в доспехах! — прорычал он в ответ. — Не лезь не в свое дело!

— А я решила, что это мое дело, — бесстрастно сказала Зена и, обеими руками ухватив мужчину за плечо, развернула его. Раздались два звонких удара, и негодяй отлетел на несколько шагов прочь. Пару раз перекувырнувшись в воздухе, он навзничь шлепнулся на землю. Не обращая внимания на застонавшего противника, Зена подошла к мальчику и опустилась на одно колено; паренек все еще дрожал от страха и слез. Она тихо спросила:

— Это твой отец?

Бедняга всхлипнул, бросил на валявшегося мужчину полный ужаса взгляд и, вздрогнув, отчаянно замотал головой:

— Нет! Мой папа был очень добрый. Но он ушел в Трою и не вернулся. А это… — парнишка облизал пересохшие губы, — это Олимус. Он хочет жениться на моей матери.

— Он часто бьет тебя? — мальчик покраснел, и Зене показалось, что он вот-вот разревется. Однако тот сдержался и кивнул. Воительница нежно похлопала его по руке. — Ты не виноват, поверь. Ни один ребенок не может заслужить таких побоев. А при матери он тебя бьет?

Мальчик покачал головой:

— Она ему не позволит. А ее братья тем более.

— Ты им не говорил, что Олимус тебя колотит, верно? — снова отрицательный жест. Мальчик посмотрел на стонавшего негодяя и опять перевел взгляд на свою спасительницу. Зена прищурилась. — Наверное, он тебе угрожал?

Получив в ответ кивок, она рассудила, что все не так уж плохо, и осторожно потрепала паренька по плечу:

— Все наладится, обещаю. Беги отсюда, пока Олимус не очухался. Расскажи о нем матери и не забудь сообщить ее братьям. Об этом мерзавце я позабочусь.

Мальчик застенчиво кивнул, прошептал: «спасибо», и растворился в толпе, которая собралась поглазеть на девушку, уложившую грозного Олимуса. Зена на мгновение закрыла глаза и со вздохом поднялась на ноги. «Где ж вы были, пока этот бандит колотил ребенка?» Она приблизилась к стонущему Олимусу и застыла над ним, сложив на груди руки.