- Не нужно влезать в беседу, когда старшие разговаривают.

Зур визжал уже как резонная свинья, когда Сергей отпустил захват. Я заметил, что Пищугин прожег бандиту руку почти до кости, но мне совершенно не было жаль подонка, торгующего людьми. Мы с Лешкой аналогично перестали давить на авторитета. Серега же демонстративно подняв вверх совершенно чистую ладошку, подул на нее, как бы сдувая пепел и вновь обратился к главарю:

- Итак… с тебя уже двести гаков. Продлевать удовольствие будешь или мы пошли?

Зур стонал, перехватив обожжённую конечность чуть повыше места ожога. Он молчал, но эмоции ненависти, обиды и злобы буквально окутали нашу группу. Его прилюдно унизили, а такой позор, по его мнению, карался только смертью. Поэтому мы не питали никаких оптимистических иллюзий о том, какая встреча нам уготована при выходе. И даже его шипение вслед, что - «нам всем не жить», восприняли как пожелание спокойной ночи.

Надев на голову шлемы и предупредив Баринова, что готовы к выходу, - мы под защитными куполами совершенно спокойно вышли на улицу…

… Через пять минут после уходя иномирян, нанося заживляющие мази на руку компаньона и перебинтовывая конечность, хозяин заведения Шаац увидел, что через входную дверь к нему в зал ввалился обожжённый человек, от одежды и противогаза которого остались одни ошметки. Остатки волос на окровавленном с обгорелой коростой лице, страшная ругань и сыпавшиеся на голову Шааца и Зура проклятия не давали понять – чей это боец. Совершенно бесцеремонно он, отбросив оплавленный автомат на пол, подошел к барной стойке и выхватив одну из дорогих бутылок с крепкой выпивкой, жадно присосался к горлышку. Ополовинив сосуд одним махом, он обвел глазами почти пустое помещение и заметив сидевших за столом хозяина заведения и главаря, пошатываясь направился к ним, «выдавая в эфир» - самые изощренные ругательства в сторону своего бывшего руководства.

Шаац понял, что это был ранее его человек, но среди ругательств этого контуженного, лично он выяснил некую ценную информацию. Она гласила, что: «Какого дьявола они все поверили своим боссам о том, что эти инопланетники – ничего им сделать не смогут? Что эти «выкидыши бешеных собак», Шаац сообразил, что это эпитет в их адрес, - трещали о слабых дарах иных. Что у них не имеется здесь никакой поддержки, а иноземные трофеи можно будет очень выгодно продать? Ага – щас! С воздуха по ним открыли такой ураганный огонь, что никто и головы не смог поднять. Камни плавились от неизвестного оружия. Ему лично повезло, что он успел залезть в люк канализации и остался в живых. А эти иные, как бы насмехаясь ни разу не выстрелили в их сторону. Их не брали никакие пули! Даже самый крупный калибр оказался бессильным. Спокойно, как на прогулке они ушли в сторону площади, и никто не видел, куда они исчезли!