- Володь, - указал я на Проденси и стрелка. – Ты хватай этих, а я прихвачу тех двоих.

- О-кей! – Баринов крепко ухватил герцога и стрелка за руки и исчез из машины, а я в это время перебрался на задний ряд и прихватив остальных, телепортировался с грузом к своим. Едва мы материализовались в лесу, как время вновь ускорило свой бег. Водитель продолжал держать в руках оторванный автомобильный руль, а стрелки не сообразив, что оказались уже в другом месте, не прекращали стрельбу. Леха и Сергей своими силовыми полями накрыли ближайших бойцов, а Мелихову пришлось уже телекинезом вырывать оружие из рук похитителей, пока мы с Бариновым одновременно наносили удары руками в уязвимые точки на телах стрелков. После чего подоспели спецназовцы, и завалив противников на землю, скрутили им руки и ноги. В этот момент раздался взрыв от рухнувшего вниз джипа, но все люди были целы, герцог спасен, а противник захвачен.

И теперь сидя в салоне вертолета, я ловил на себе изучающие взгляды спецназовцев. Эмоции профессиональных военных были изумленными. Бойцы не как не могли понять, свидетелями чего они сегодня стали. С их точки зрения – люди подобного просто не могли, а мы вроде как на инопланетян не похожи. Парни уже не шутили, а с уважением и каким-то почтением относились к нашим просьбам. У меня пересохло в горле и на мою просьбу: – «водички нет у кого», все одновременно протянули свои фляжки. Бойцы видели, как Пищугин поводив руками около тела герцога – привел того в чувство. Они успели заметить, что пули похитителей летели к ним, но какое-то поле спасало тела, с рикошетом отводя опасность. Да и наше исчезновение, а потом и появления с людьми из машины – было просто чудом. А уж вылетевшие из рук противника автоматы, медленно опустившиеся поодаль на землю, походили на какой-то фокус. Да и наше появление на земле, пока они спускались на тросах из вертолета – не поддавалось объяснению. Я бы мог заставить их забыть об увиденном, но понимал, что нам придется отчитываться перед земным руководством об операции и если свидетельские показания не совпадут, то может возникнуть недоверие к нам. А так как про наши кое-какие способности земляне, точнее те, кому положено, уже знали, то особо скрывать их и не стоило. Попросят меня – стереть у бойцов воспоминания – сотру, но сам влезать в мозги боевых товарищей не буду.

Уже при подлете к аэродрому, тот, кто обозвал нас «папашами», осмелев задал мучивший всех спецназовцев вопрос:

- Товарищи подполковники, а вы вообще кто? Люди, или…?

- Да люди мы, люди, - подмигнул им Сергей. – Только немножко другие.