— У вас есть Флетчер, — Девчонка говорила четко, но с явным акцентом, — Он — это вы, а вы — это он.

— Верно… но это не совсем так, — Не удержался Тейвон, — Джеррет никогда не был мной, а я — им. Я никогда его не увижу и не узнаю, о чем он думал и что он чувствовал. Пока существую я — нет его, а пока есть он — нет меня.

Он удивился, когда понял, что Селин внимательно слушает его. Лицо ее стало озадаченным, как у ученика, который не понимает решение задачи. Любопытство в ней боролось с чем-то еще, но девушка все-таки спросила:

— Как так вышло? Что на свете появились ветувьяры?

— Я думал, вам об этом рассказывают ваши священники, — Нахмурился Тейвон. Он не сомневался, что эделосская легенда о появлении ветувьяров несколько… иная, а потому и хотел ее узнать.

— Они говорят лишь, что ветувьяров создало чистое зло, — Взгляд Селин устремился в пустоту, — Чтобы они несли в мир тьму и разрушение.

— Скучновато, — Цокнул языком Тейвон, — Наша версия поинтереснее. Вы что-то знаете о королеве Этиде?

Селин мотнула головой и всем своим видом показала, что готова слушать.

— Этида была королевой Кирации, и была она столь красива, что о ее красоте слагали песни во всем Оствэйке, — Начал Тейвон, чувствуя себя старой нянюшкой, что читала сказки на ночь им с Реморой в далеком детстве, — Больше всего на свете она боялась, что люди увидят ее дряхлой и старой, перестанут слагать о ней песни и восхищаться ее красотой. И этот страх так сильно мучил ее, что Этида отправилась прямиком к богам с просьбой замедлить ее старение, позволить ей подольше быть молодой и красивой.

Тейвон ненадолго затих, с улыбкой наблюдая за испуганным и в то же время любопытным взглядом Селин. Выдержав интригующую паузу, он продолжил:

— Богам не понравилась любовь Этиды к самой себе, и они решили исполнить ее просьбу не совсем так, как она просила. Они сказали ей идти с миром и запомнить несколько слов: “Пусть лик мой явит себя, что сокрыт под кожей в глубине меня”. Этида в них усомнилась, но слова запомнила. Ничего в ее жизни не изменилось после встречи с богами, но ровно через год королева серьезно заболела. Ни один лекарь не мог ей помочь — она не жила и не умирала, не могла есть и спать, и мучения ее никак нельзя было облегчить.

— Это было с Флетчером, да? — Удивленно вытаращилась на него Селин.

— Думаю, что да, — Кивнул Тейвон, продолжая, — И вот в жаре лихорадки Этида вспомнила сказанные ей богами слова. Она прочитала их, словно молитву, и произошло неописуемое — королева превратилась в другую женщину, такую же молодую и прекрасную, но совершенно иную. Она звала себя Релой, и была кроткой, тихой и смиренной. Все придворные Этиды были в ужасе, когда вместо надменной королевы перед ними предстала другая женщина, и только Геллиус, исповедник Этиды, догадался, в чем дело. Он записал слова богов, что позволили Этиде стать Релой, и когда прошел год, и лихорадка напала уже на Релу, он знал, что нужно делать. В мир вернулась Этида — не постаревшая ни на день с тех пор, как исчезла. Поняв, что просьба ее исполнилась, королева восславила богов. Счастью ее не было предела, и она повелела своим слугам одарить народ Кирации невиданно щедрыми подарками.